нельзя. Он, наверно, очень рассердится, Павел Петрович.

Варя услышала тихий звенящий шорох. На подоконник опустились два голубя. Они напомнили Варе ее

родные места. Бывая в Новгороде, куда отец ездил иногда по своим колхозным делам, Варя видела на базаре,

среди возов и под возами, множество этих красивых птиц, слышала этот звон их крыльев, когда они взлетали

из-под ног, и любила наблюдать за ними, бросать им крошки.

Она стояла, боясь шевельнуться; голуби, быстро переставляя красные лапки, сновали по подоконнику, с

любопытством заглядывали в комнату; потом голубь надулся, поднял на шее радужный воротничок и, сердито

воркуя, принялся ходить вокруг голубки. Он на нее за что-то сердился.

С пронзительным писком мимо окна пронеслась ласточка, голуби поднялись и улетели. А Варя все

вспоминала Новгород, реку Волхов, озеро Ильмень, Мету, на берегу которой стоит село Холынья, синие

окрестные леса, зеленые луга, густые утренние туманы, плоты бревен с огоньками на них, вечерние песни

девушек… Встал перед ней и учитель Иван Степанович, которого она очень любила. И ей снова стало жаль, что

в ее жизни уже так много миновало хорошего. И она никак не могла понять, почему в такой светлый, теплый,

солнечный день так много в ее душе беспокойства и почему там грусть вместо радости, хотя причин для грусти

нет никаких.

В это время Оля, разглаживая складки шелкового платья, которое она хотела надеть впервые после

надоевших за зиму кусачих, шерстяных, думала все о том же: о неполадках в ее комсомольской организации, —

им не было конца. Ни откровенные разговоры не удавались, ни какие-либо интересные начинания, с помощью

которых можно было бы как-то теснее сплотить аспирантов. Дружно собрались только лишь на экскурсию. Но

куда? На городское кладбище, где похоронены разные знаменитости. И, конечно, этот поход был достойно

отмечен в стенной газете. Дескать, вот так придумали, вот так пошевелили мозгами! Правда, секретарь райкома

комсомола Коля Осипов постоянно утешает Олю и уговаривает не падать духом. Во-первых, говорит он, твои

комсомольцы — это уже не студенты, и действительно, когда они собираются вместе один-два раза в неделю, с

ними работать трудно. А во-вторых, посуди, Колосова, сама, ты среди них, кажется, самая молодая — двадцать

три года. Есть ведь и такие, что под тридцать, переросли. В партию пора. На самостоятельную дорогу.

Рассуждения правильные, но Олю они не утешали. Все равно она страдала оттого, что работа у нее шла

значительно хуже, чем в студенческие годы. Студенческие годы — это были чудесные годы! Годы горячих

споров, диспутов, поисков истины, годы искренних порывов, высоких идеалов и благородных побуждений. Все

было горячо, принципиально, непримиримо. В аспирантуре многое, да, многое, слишком многое изменилось.

Олю избрали тут комсоргом, под ее руководством оказались не сотни комсомольцев, а всего лишь два десятка,

но как стало трудно с ними! Главное — не было коллектива. Каждый жил и действовал сам по себе,

комсомольскую работу приходилось вести с каждым в отдельности. Комсомольцы и комсомолки аспиранты

выходили замуж, женились, даже дети уже появились; комсомольцы и комсомолки аспиранты, что называется,

вили себе гнезда. Неужели так всегда знаменуется конец молодости? Неужели молодость на исходе, неужели

она — короткий праздник в жизни человека, а дальше начинаются будни, без вспышек и взлетов, только витье

гнезд, все поглощающее стремление к обеспеченному существованию, к достатку? А когда придет достаток,

когда у тебя будут зеркальный шкаф для платья, раздвижной обеденный стол, хрустальные графины, ковер на

стене и приемник с электропроигрывателем, когда на этом раздвижном столе два-три раза в неделю сможет

появляться бутылка марочного вина, а под звуки электропроигрывателя несколько пар ваших друзей

субботними вечерами на тесном пятачке меж шкафом, столом и книжной этажеркой будут крутиться в

несложных танцах, — когда все это будет, так что же — это и есть высокая цель, во имя которой живет и всю

свою молодость учится человек? Дальше-то, дальше что? Еще один или три шкафа? Кровать с вензелями?