— Отойди. Не видишь, мне нужно выйти.

— Выходите, а ее оставьте.

— Еще чего. Она идет со мной.

Охранник сложил руки на груди и невозмутимо, словно робот, пробубнил:

— Не положено.

Сеня дрожала, как осиновый лист. Она начинала терять надежду выбраться из этого дома — хотя бы на улицу, а там, как получится.

Мужчина почесал затылок и поинтересовался:

— Ты кто?

— Охранник.

— А я кто?

— Гость.

— Улавливаешь разницу? Гость!

— Ну?

— Какой же ты тупой, — вздохнул бородач и притянул к себе за талию Сеню. — А она кто?

— Проститутка.

— Как не эстетично. — Мужчина поморщился и пошатнулся. Сене пришлось его поддержать. — Жрица любви, вот она кто.

— И что из этого? Не вижу разницы.

Неумолимый верзила не сдвинулся с места.

— Ты мне надоел. Я собираюсь заняться с ней важным делом в своей машине. Понятно? У меня такой бзик. Если не отойдешь, я пожалуюсь хозяину. Ты чего боишься? Что она удерет? Отсюда до города километров двадцать по трассе. А девушка, сам видишь, в каком виде. Хи! Тавтологю… гу. Да ладно, и так понятно. Сама она никуда не дойдет.

— Вот именно. Ее кто-нибудь подберет и…

— И что? Сам же и подберешь.

— Ну, не знаю.

Охранник переводил хмурый взгляд с мужчины на Сеню и обратно, решая дилемму.

— Все, я пошел жаловаться.

Бородач почти развернулся, а у Сени подкосились ноги. Захотелось упасть на колени и умолять обоих, лишь бы не возвращаться в страшную комнату. Она боялась даже представить себе, что там сейчас происходило.

— Не, не надо. Идите, только недолго, — сдался охранник.

— Это завуалированное оскорбление? — неожиданно возмутился подвыпивший мужчина, но Сеня уже тянула его вперед.

— Мы будем здесь, совсем рядом.

Ее голос прозвучал хрипло, но девушке удалось растянуть губы в подобии улыбки, когда сторож неохотно отступил в сторону, пропуская их на улицу.

Она хотела отойти в сторону от потенциального клиента, но тот неожиданно крепко ухватил ее за руку. Сеня поняла, что без криков и потасовки убежать не удастся. А еще ее пугало немалое расстояние до города. Но, возможно, где-то рядом есть поселок или деревня, и она могла бы попросить кого-то о помощи?

Тут она вспомнила, что у нее нет документов. Их не просто отобрали — отдали туда, где она могла бы искать помощи. Если бы ее не заклеймили заочно. Оставалась единственная надежда — уговорить бородача увезти ее отсюда.

Сеня плелась вслед за ним от машины к машине, а мужчина заглядывал сквозь стекло во внутрь всех синих автомобилей. Возможно, он все же пьян сильнее, чем кажется, и ей таки удастся убежать? А там будь, что будет.

Она бросила пробный шар.

— Вы потеряли… Не помните… — Нет, так нельзя. Он может обидеться. — Здесь плохое освещение. Может, скажите мне, какие номера на вашей машине, и я помогу искать.

— Я приехал на машине друга. Не помню номера. Там на седушке лежит моя любимая шляпа. Да вот она!

На переднем сидении древнего «Мерседеса» лежала уродливая шляпа с широкими полями. Что за человек такое носит?

Сеня огляделась. Они оказались почти у выезда из автостоянки. Может, вот он, шанс на спасение?

Но в какую сторону бежать? И мужчина сможет догнать ее на автомобиле. Что еще хуже — за ней могут отправиться ее похитители.

Обладатель странной шляпы искал в карманах ключ, когда Сеня решилась с ним поговорить.

— Послушайте, отпустите меня. Пожалуйста!

Мужчина уставился на нее непонимающим взглядом. Он несколько раз медленно моргнул, прежде чем поинтересоваться:

— Это еще зачем?

— Просто так. Вам же не трудно.

— Не понял. Ты передумала трахаться в машине?

— Я передумала… совсем.

— Глупости какие, — мужчина нашел ключ и открыл заднюю дверцу. — Залезай.

— Вы не понимаете. Я — не проститутка.

— Знаю, знаю. Все вы так говорите. Поторапливайся. Мне хочется выпить. Но сначала…

Он подтолкнул ее к седушке и надавил на плечи. Мужчина оказался сильнее, чем она думала. И трезвее, чем ей хотелось бы. Она села на засаленную обивку.

— Послушайте, я правду говорю! Я де… девственница.

В ответ прозвучал пьяный смешок.

— Детка, мне все равно, кем ты притворяешься. Главное — результат. За все развлечения здесь платит хозяин сауны, так что цену поднять не могу. Да и денег у меня нет. Можешь быть девственницей, монашкой, горничной — кем хочешь. — Он положил на ее колени широкие ладони. — Раздвигай ножки.