Шрифт:
«Ты торопишься, — подумала я. — Что-то произошло, и тебе нужно больше, быстрее».
Я уставилась на фотографии, мой мозг усиленно работал, выискивая каждую деталь на фото, в файлах, пока не выделились лишь три вещи.
Нож.
Рыжие волосы.
Психология.
Это был момент, когда у меня земля ушла из-под ног. Я потеряла способность моргать. Мои глаза стали сухими. Мое горло еще больше пересохло. Мое зрение стало размытым, и все фотографии были размыты, кроме одной.
Девятнадцатилетняя беглянка.
Волосы, структура лица, веснушки. Даже сквозь затуманенное зрение, она выглядела как...
Нож.
Рыжие волосы.
Психология.
— Кэсси, — Майкл взял меня за руку. — Дыши.
— Н. О. убивает рыжих, — сказала я, — и он убивает психологов.
— Это не один критерий, — раздраженно сказала Слоан, — а уже два.
— Нет, — сказала я. — Это не так. Я думаю...
Нож. Рыжие волосы. Психология.
Я не могла произнести слова.
— Моя мама... — я вздохнула и резко выдохнула. — Я не знаю, как выглядел труп моей мамы, — сказала я, наконец, — но я знаю, что на нее напали с ножом.
Майкл и Слоан уставились на меня. Я встала и подошла к шкафу. Я открыла верхний ящик и нашла то, что искала.
Фото.
«Не смотри на это», — подумала я.
Смотря на все, что угодно, кроме фото в моей руке, я шагнула и положила пальцы на фото гадалки.
— Я не думаю, что она покрасила волосы в красный, — сказала я. — Думаю, это сделал убийца.
Ты убиваешь психологов. Ты убиваешь рыжих. Но одной или другой уже не достаточно. Этого никогда не достаточно.
Посмотрев на Майкла и Слоан, я положила фото моей мамы между двумя колонками.
Слоан рассмотрела его.
— Она похожа на других жертв, — сказала она, кивая на колонку с рыжими.
— Нет, — сказала я. — Они похожи на нее.
Все эти женщины были убиты в последние девять месяцев. Моя мама пропала пять лет назад.
— Кэсси, кто это? — Майкл знал ответ на этот вопрос, но все равно задал его.
— Это моя мама, — я все еще не позволяла себе смотреть на фото. — На нее напали с ножом. Ее тело не нашли, — я остановилась на секунду. — Моя мама жила тем, что убеждала людей в том, что она экстрасенс.
Майкл посмотрел на меня — и внутрь меня.
— Ты говоришь именно то, о чем я думаю?
Я сказала, что Бриггс и Локк искали преступника, который убил рыжих женщин, и тех, у кого были способности в психологии. Это могло быть совпадением. Я должна была думать, что это совпадение.
Но я не сделала этого.
— Я сказала, что этот убийца имеет определенный тип: женщины, которые похожи на мою маму.
Ты
Прошлой ночью тебе пришлось проснуться в холодном поту, и единственным голосом в твоей голове был твой отец. Сон казался явью. Он всегда таким кажется. Ты можешь чувствовать липкие простыни, запах мочи, услышать свист воздуха, рассекаемого его рукой. Ты просыпаешься, дрожа, и затем понимаешь...
Постель влажная.
«Нет, — думаешь ты. — Нет. Нет. Нет».
Но здесь нет никого, кто накажет тебя. Твой отец мертв, а ты нет.
Теперь именно ты можешь наказывать.
Но этого никогда не бывает достаточно. Собака соседей. Шлюхи. Даже гадалки было недостаточно.
Ты открываешь шкаф в ванной. Один за другим. Ты проводишь рукой по каждому тюбику помады, вспоминая каждую девушку.
Это успокаивающе. Захватывающе.
Ты останавливаешься, когда добираешься до самого старого тюбика. Первого. Ты знаешь, чего хочешь. В чем нуждаешься. Так было всегда.
И все, что осталось сделать — принять это.
Глава 23
Когда я выяснила об отце Дина, то побежала, но сейчас, когда мама смотрела на меня с фотографии среди других жертв убийцы, все, что я могла делать, это сидеть здесь.