– Да, потому что моя мать здесь, и у меня приказ доставить тебя наверх. Пришлось все ей рассказать, – тихо добавил он.

– Правда?

– Ну, не совсем все! А ты можешь поразвлекать ее, пока я разыщу Биффа Суонсона и узнаю от него все, что могу, о яйце?

– В чем же проблема? Миссис Кромптон! Рада снова увидеться с вами.

– Моника, – поправила она Лайлу и улыбнулась: – Позвольте мне посмотреть на ваше орудие.

– Мое орудие?

– Знаменитого Эрл Грея.

При звуках своего имени тот поднял из сумки голову и радостно тявкнул.

– Я больше люблю огромных, солидных псов, но этот мил до невозможности. Очень счастливая мордочка.

– В этом и кроется его очарование. В счастливой мордочке.

– Прежде всего…

Моника взяла Лайлу за руку и отвела подальше в сторонку.

– …я хочу извиниться. За отца Аша.

– В этом нет необходимости.

– Знай я, что он так взбесится, никогда бы не оставила вас наедине с ним. Подумать только, у меня от него двое детей! У нас очень мало общего с его нынешней женой, и мы недолюбливаем друг друга, но и она возмутилась бы, узнав, как он обращался с гостьей в собственном доме. Как и бедная мать Оливера, и Изабелла, третья жена Спенса. Поэтому от лица всех его бывших жен и жены нынешней приношу извинения за то, что с вами так обошлись. Возмутительно дурно.

– Спасибо. Этот день был трудным для всех.

– Он был просто ужасным. А к концу стал настоящим кошмаром. Аш рассказал мне, что происходит, или рассказал ровно столько, сколько счел нужным. Хочу сказать, что я очень любила Винни. Он и Энджи, их дети были частью моей семьи, причем любимой. Я хочу, чтобы людей, ответственных за его смерть, за то, что сердце Энджи разбито, поймали и наказали. Но я не желаю, чтобы мой сын и молодая женщина, которой я симпатизирую, рисковали своими жизнями.

– Понимаю. Но пока мы всего лишь собираем информацию.

– Я не Оливер, ма, – вставил Аш, появившись рядом с ними.

– И слава богу!

Ветер подхватил волосы Моники и стал играть ее золотисто-рыжими прядями.

– Среди других бесчисленных отличий тебя от него, – сказала она задумчиво, – ты не жаден, не глуп, не самонадеян. А Оливер зачастую проявлял сразу все эти качества. Странно – вот считается, что некрасиво говорить плохо о мертвых. Но если это правда о человеке, которая многое объясняет в событиях его жизни… И мы все рано или поздно умрем… – Она не продолжила, и недолгая пауза объединила их в одном ощущении.

– А пока что мы живы, я хочу успеть сказать кое-что, – с мягкой иронией прервала молчание Лайла. – План мой сорвал джекпот! Вкратце: Миранда понятия не имела, что за яйцо купил у нее Оливер! Старомодное и безвкусное – это ее оценка. Просто хлам в старом доме.

– О! Поместье Мартинов – один из самых прекрасных домов на Лонг-Айленде, – с чувством воскликнула Моника. – Оно принадлежало еще бабке Миранды, а отец ее умер несколько лет тому назад. Когда-то я бывала там на званых вечерах… Какое это было время! Тогда я была беременна тобой, Аш.

– Мир тесен. И время в нем неумолимо летит. А что насчет Бастоне? – деловито отреагировал Аш.

– Первая любовь Миранды – Джованни Бастоне, и случилось это одним давним летом в Тоскане – у Бастоне там вилла. Должно быть, это недалеко от Флоренции, поскольку она сказала, что они с Джованни проводили там много времени. И она смутно припоминает историю о Джонасе Мартине – по ее словам, он слыл паршивой овцой в семействе! – который проиграл Антонио Бастоне фамильную драгоценность: одна из причин, по которой ее отец не желал, чтобы она встречалась с молодым Бастоне. И тогда Джованни женился – на какой-то итальянской модели, и у них целый выводок деток.

Моника одобрительно кивнула, еще более оживившись в лице.

– И вы разузнали все это, прогуливаясь с собачкой? Можно сказать, взяли след…

– Совершенно верно. Кроме того, оказалось, что она знать ничего не знает о том, что случилось с Оливером, но и узнав об убийстве, не связала его с яйцом. Очень своеобразная дама. Глуповатая, однако милая. Нужно не забыть ей прислать имя заводчика, она хочет такого же песика, как Эрл Грей. Так что, думаю, у меня подвернется удобный случай выудить из нее адрес Джованни Бастоне. Но нам, конечно, неплохо было бы самим его разыскать.

Довольная произведенным на собеседников впечатлением, Лайла ловко ухватила еще один бокал с подноса проходившего мимо официанта.

– Разве вы не любите коктейль-пати?

– Люблю.

Моника чокнулась с Лайлой.

– Бедный Аш терпит их, лишь когда нет другого выхода. Он уже планирует отступление. Подождите еще полчаса! Постарайтесь, чтобы вас увидело как можно больше людей. А потом я вас прикрою.

Моника легонько приобняла Лайлу.

– Когда я в следующий раз буду в Нью-Йорке, мы обязательно должны насладиться долгим-предолгим ланчем.