Шрифт:
Но опоздала.
Я уже чувствовала его сущность – его чистоту – по вкусу напоминающую мятный леденец. Дрожь в его руках распространилась по всему телу. Паника уже царапала мне душу своими отвратительными когтями. Я все пыталась оттолкнуть его, но он будто намертво впился в мой рот.
И я забирала его душу.
Глава 32
Чистота души Зейна, ее сила проникли в каждую клеточку моего тела, и демон внутри меня жадно впитывал эту влагу, как цветок, засыхавший без воды и солнца.
Ужас охватил меня, когда его зрачки расширились настолько, что от радужки осталась лишь голубая кромка. Я забирала душу – душу Зейна. Его тело содрогнулось, когда пальцы – ставшие когтями – впились в мои щеки. Огненная боль пронзила меня, и теплая влага полилась по моему лицу. Я должна была остановить это. В приступе отчаяния, я ударила его коленом в живот.
Он оторвался от меня, качнувшись назад. Золотистый цвет лица сменился мертвенной бледностью. Его губы раскрылись.
– Зейн… – Я потянулась к нему, но у него подкосились ноги, прежде чем я успела подхватить его.
Его тело ударилось об пол с тяжелым стуком, и он лежал недвижим. Даже не дергался. Дикий ужас заполонил мои чувства, стирая боль. Этого просто не может быть. Уму непостижимо. Мы же целовались прежде, и я не трогала его душу, но на этот раз – о боже! – на этот раз все пошло не так. В тот миг, когда его губы коснулись моих, я поддалась необъяснимому желанию. Наш поцелуй длился не так долго, но… оказался фатальным.
И теперь часть его души кружилась во мне, переливалась, словно искрящийся шар тепла и света, являя собой зрелище слишком красивое, чтобы в него поверить.
Никогда еще я не испытывала большего отвращения к себе, чем в этот миг.
Опустившись на колени рядом с неподвижным телом, я положила руки ему на грудь. Не чувствуя и тени дыхания, я схватила его за плечи.
– Зейн! Давай же, Зейн! Нет. О боже, нет! – Его голова откинулась в сторону, пока я трясла его. – Зейн!
Никакого ответа. Ничего.
В панике я вскочила на ноги и бросилась к двери. Распахнув ее настежь, я даже не помнила, что кричала, но явно что-то кричала, потому что мне ответил топот ног. В следующие секунды Стражи уже толпились на лестничной площадке.
У Деза округлились глаза.
– Господи, Лейла, что у тебя с лицом?
Да об этом ли сейчас?! Я развернулась, увлекая их к своей спальне.
– Пожалуйста! Вы должны помочь ему. Пожалуйста!
Дез рванул за мной на бешеной скорости. Когда он увидел Зейна на полу, его лицо стало призрачно-белым.
– Что случилось, Лейла?
Я склонилась над Зейном, когда в комнату ворвались Николай и несколько других Стражей. Поддерживая его под голову, я моргала сквозь пелену слез.
– Я не знаю, как это произошло. Он поцеловал меня, но…
– О боже, – прошептал Дез, положив руку на грудь Зейна, а потом прижался ухом к его приоткрытым губам. – Давай, парень, давай.
Меня била крупная дрожь, потоки слез струились по щекам, обжигая оставленные на них раны.
– Пожалуйста. Вы должны помочь ему. Пожалуйста. – Я подняла глаза, оглядывая размытые лица Стражей. Даника стояла у двери, зажимая рукой рот, и в ее глазах застыл ужас. – Пожалуйста…
И тут, расталкивая Стражей, в комнату вломился Эббот. Он резко остановился, и от увиденного у него отвисла челюсть. Покачнувшись, он схватился рукой за сердце.
– Сынок?
Зейн молчал, и рваный всхлип поднялся из глубин моей души. Сердце разрывалось от боли.
– Я не понимаю…
Эббот поднял взгляд на меня.
– Ты… ты это сделала?
Я обхватила Зейна руками, мои плечи сотрясались.
– Это не должно было случиться. Он поцеловал меня…
Он метнулся ко мне с такой скоростью, что я даже не заметила его движения и не почувствовала удара, пока не влетела в кукольный домик. Деревянные стенки обрушились, когда я ударилась об пол.
– Эббот! – закричал Дез, бросаясь вперед. Когда он попытался встать между нами, Эббот замахнулся и ударил его в грудь, припечатывая к стене.
– Не стой у меня на пути, – предупредил Эббот и шагнул ко мне. – Джефф. Ты знаешь, что делать.
Я с трудом вскарабкалась на ноги, задыхаясь от боли. Джефф выбежал из комнаты.
– Это был… несчастный случай.
– Это мой сын – мой единственный сын! – взревел Эббот, так что затряслись фотографии на стене. – Я привел тебя в свой дом, оберегал тебя, и вот как ты мне отплатила!