научные экспедиции.

После экспедиций Беринга и Чирикова в северной части

Тихого океана производили исследования и съемки экспедиции

Креницина и Левашова (1768—1769), Биллингса и Сарычева

(1790—1792), которые сделали полную опись всех островов в

Беринговом море.

Много нового о Тихом океане дали знаменитые русские

кругосветные плавания Крузенштерна и Лисянского (1803—1806),

Головнина (1807—1809 и 1817—1819), Коцебу (1815—1818 и

1823—1826), Васильева и Шишмарева (1819—1822), Литке

(1826—1829) и другие.

Первая гидрологическая станция в океане была выполнена

с корабля «Надежда» (экспедиция Крузенштерна).

Первый прибор для определения свойств воды на большой

глубине — батометр — был испытан также в водах Тихого

океана. Его построил физик Ленц на корабле «Предприятие» во

время кругосветного плавания в 1823—1826 годах.

Кругосветный русский мореплаватель Коцебу впервые

применил белые и красные диски для определения степени

прозрачности воды. Впоследствии белый диск стали называть «диском

Секки», незаслуженно предав забвению имя Коцебу.

В эпоху парусного флота русские военные моряки часто

совершали походы из Балтийского моря в моря Тихого океана.

Многие из этих походов описаны в чудесных повестях

Станюковича.

Сюда же пришел и фрегат «Паллада». Об этом походе

увлекательно рассказал писатель И. А. Гончаров. Впоследствии

фрегат «Паллада» был затоплен в гавани, чтобы не достаться

врагу во время войны 1853—1856 годов. Через несколько

десятилетий советские водолазы разыскали остатки фрегата и

подняли наверх ряд исторических реликвий с корабля.

Надо сказать, что плавание на парусных кораблях в

северной части океана было тяжелым, а иногда и рискованным.

Изменчивая погода, частые бури, переходящие в ужасающие ура-

первой русской кругосветной

экспедиции.

ганы — тайфуны, воздвигали перед

моряками серьезные препятствия.

Здесь русские офицеры и матросы

проходили хотя и суровую, но

хорошую школу морского навигационного

мастерства.

В середине XIX века русским

исследователям пришлось всерьез

взяться за изучение Японского моря,

Сахалина и Приморья — берега

материка в районе устья реки Амура и

к югу от него. За двести лет до этого

здесь уже бывали русские люди. Но

впоследствии власти перестали

заниматься землями этого района, а

также старинными русскими поселками

на Амуре и первыми русскими

поселенцами Сахалина, появившимися на

острове в 1806 году, то есть задолго

до прихода туда японцев.

На «бесхозные» земли стали зариться японские и

маньчжурские захватчики, а также представители заокеанских держав.

Несколько английских шпионов попытались под видом

безобидных «туристов и корреспондентов» пройти через Россию на

Амур. Английские и американские китобои хищничали на

побережье, нападали на местных жителей.

Первым обратил внимание на опасность такого положения

флотский офицер Г. И. Невельской.

Он доказывал влиятельным лицам, что русскому

правительству необходимо срочно выступить с подтверждением своих

прав на эти владения, чтобы не утерять их навсегда. Мало того,

нужно изыскать путь из моря в устье Амура. Тогда огромная

область, хозяйство которой не могло развиваться из-за

отсутствия удобных путей, получит хорошую связь с другими

областями России.

Очень скоро Г. И. Невельской убедился, что мало кто

понимает его.

Царское правительство было занято другими, «более

важными» вопросами и не верило в возможность использования

реки Амура.

Некоторые экспедиции пытались пройти Татарским

проливом из Японского моря в Охотское, но наткнулись на малые

глубины и песчаные косы. Это привело к искажению прежних

правильных представлений о Сахалине.

«Прохода из Японского моря в Охотское не существует,