Молодой еврей сходил в коридор, вернулся с ярким пакетом. Достал из него фонендоскоп с наконечником в виде черепа и протянул его Заку:

– Тебе, друг мой медик. Продолжай вселять надежду в сердца пациентов. А твоей мадам – это.

Адель потянулась за кроличьими ушками на ободке и пушистым хвостиком.

– С чего бы мне такая красота?

– Сделать тебя еще милее, дитя мое. Хотя это вряд ли возможно. – Сэм заставил ее подняться и лично прицепил хвостик сзади на юбочку-шотландку, которая была надета на Адель.

– Снежной королеве, чье сердце я растопить отчаялся – это.

Кэт получила небольшую диадему, всю сверкавшую от переливающихся страз – Сэм водрузил украшение ей на голову. Диадема слегка съехала на бок.

– Самое то, – решил Сэм, – Поднимайся, Джерард, подошла твоя очередь становиться виновником торжества. Ты ведь не думал, что я оставлю тебя без подарка?

– Надеялся на это всей душою, – сказал Джерри и поднялся во весь рост. Распрямил мощные плечи, с хрустом дернул широкой шеей. Пока он сидел, присутствующие чувствовали себя сносно. Теперь всем разом почудилось, будто и без того крошечная комнатка резко уменьшилась в размерах. Ее стены сдвинулись, потолок опустился.

– Нет, вы только посмотрите на эту дылду! – Сэм с нескрываемым восхищением прищелкнул языком. – Его имя решительно ему не подходит.

– Что он там бормочет по-русски? – насупившись, шотландец повернулся к Кэт.

– Он говорит – ты очень высокий, – ласково улыбнулась Кэт. И прошипела, обращаясь к Сэму, – говори по-английски, черт тебя дери… И только попробуй намекнуть ему на мышонка…

– Вейз мир! Да как скажите, мадам! – молодой человек сунул руку в пакет, – Но пары сантиметров до потолка этой красоте не хватает. Я их тебе вручаю, Джерри, радуясь и ликуя. Говоря начистоту, эти пару штуку я приберегал для себя, чтобы хоть немного возвышаться над Катюшей. Но. Место рядом с ней отошло тебе. Вместе с рогами.

Джерри посмотрел на войлочные оленьи рожки, которые протянул ему Сэм. Молча принял их и нацепил на голову. Кэт, Зак и Сэм глазели на импозантного шотландца, которому дурацкий подарок непонятным образом шел.

– В первый раз вижу, чтобы рога мужчину украшали, – выразила общее мнение Адель. – И все-таки до потолка не дотягивает.

– Кажется, вам не терпится поболтать, – фигура шотландца нависла над аудиторией, – Я чувствую себя несколько чужим на этом празднике жизни, хотя не теряю надежды освоиться. Тесно тут у вас, пойду, подожду почтенных господ на улице. Только особо не задерживайтесь. Надо еще решать, куда в таком виде податься. Иди сюда, дорогая.

Он наклонился к Кэт и запечатлел на ее губах жаркий поцелуй. Затем с достоинством вышел. Хлопнула входная дверь.

– Чего пялитесь? – Кэт поправила диадему. – Есть вопросы?

– Нет! – хором ответили Зак и Адель.

– У меня натурально есть!

Сэм уронил пакет, который грустно спланировал на его малиновые штиблеты. Растерянно покачал рыжей шевелюрой.

– Где ты откопала сие чудо?

– Я познакомилась с ним в аэропорту?

– Вы слышали, она познакомилась с ним в аэропорту! – Сэм расстроено хлопнул себя по бедрам, обращаясь к обнявшимся Заку и Адель.

Парочка влюбленных дружно закивала. «Ужасно, и не говори!», – ввернула Адель. Друзья сочувствовали расстроенному тону Сэма – слов его они не понимали, молодой еврей в порыве эмоций снова стал изъясняться на русском.

– Когда ты с ним познакомилась?

– Неделю назад, – понимая, что страсти накаляются, Кэт следом за Сэмом перешла на русский. Намечалось традиционное выяснение отношений, для которого английского словарного запаса друзьям не хватало.

– Неделю назад! Вы слышали? Неделю назад!

– Сколько можно переспрашивать? Они тебя не понимают.

– Я сам в себе поражаюсь, Катюша! Где он живет?

– На Манхэттене, в Сохо. У него квартира.

– Уже лучше… И все же! Из какой он семьи? Что за фамилия этого геца? Даю зуб на отсечение, он ничего тебе не сказал, а ты, сама деликатность, не спросила!

– Все что мне нужно, я знаю. Зачем мне его фамилия? я ее кстати знаю! Он не гец!

– Ты уверена?

– Я уверена. Сёма, успокойся, ты краснеешь.

– Я краснею, Катюша. Как мне не краснеть, когда здесь конец света!

– Не преувеличивай.

Он вскочил, прошелся от стола к окну и обратно. Глаза Кэт метали молнии. Зак и Адель шустро убирали посуду со стола.

– Ты хоть знаешь, чем занимается твой бравый Кэмпбелл? Вдруг он авантюрист?

– Авантюрист у нас ты, Сёма. Кончай разыгрывать сцену.

– Я имею полное право на эту сцену, Катя! Моя бабуля Рохл говорила мне: «Сёма, эта девочка не для нас, но ты так мучаешься, Сёма, что нет никаких моих сил!». Ты знаешь мою бабулю Рохл.

– Я знаю твою бабулю Рохл.