— Конечно, — ответила я, подавив вздох.

Каллум тоже вылез из палатки, но ему Михей своего предложения не повторил.

— Можно сначала в душ? — Я кивнула на свою грязную одежду. — И не найдется ли какой-нибудь одежды?

— Да, разумеется. — Михей повернулся и поманил меня за собой. — Нам туда.

— Хочешь с нами? — спросила я Каллума.

Он помотал головой, весело изучая Михея:

— Все нормально, я тебя потом разыщу.

Я закатила глаза за спиной Михея, и Каллум ухмыльнулся.

Михей уже убежал вперед, я нагнала его, и мы пошли рядом. Было еще рано, солнце только всходило, но вокруг уже вовсю сновали рибуты. Я всматривалась в их лица.

— А Сто пятьдесят семь здесь? — спросила я. — Рили?

— Ага. Они пошли на охоту. Скоро вернутся. — Он улыбнулся мне. — Он обалдеет, когда тебя увидит! Только о тебе и говорит.

Тот Рили, которого я знала, не отличался разговорчивостью, но Михей мог преувеличить. И все-таки я чувствовала облегчение: Рили не был мне таким другом, как Эвер, но, узнав о его гибели, я огорчилась.

Мы подошли к довольно большой палатке в дальнем конце территории. Похоже, она была наскоро приспособлена для общего отдыха. Повсюду валялись подушки и одеяла, а в углах еще спали несколько рибутов. На столе, установленном в дальней части, лежали стопки одежды.

— Выбери, что подойдет, — предложил Михей. — Я велел сдать лишнюю одежду, чтобы обеспечить новых рибутов.

Я быстро огляделась: не исключено, что местные рибуты ненавидели нас. Я бы на их месте ненавидела.

Прихватив приблизительно подходящие по размеру брюки и рубашку с длинным рукавом, я вместе с Михеем вышла наружу.

— Когда будешь готова, жду тебя возле чаши на завтрак, — сказал он.

Я кивнула и направилась к душевым. Накануне один рибут рассказал мне, что водопровод работает уже несколько лет, и я сама убедилась, что система вполне исправна. Туалеты представляли собой небольшие деревянные постройки и были снабжены замками, а вот душевые отсеки разделялись лишь перегородками и спереди были полностью открыты. Шторки отсутствовали, спрятаться было негде.

Я взяла клочок материи (похоже, они разрезали пополам все полотенца) и юркнула в крайнюю кабинку, где пустила ледяную воду, отворачиваясь, чтобы не показать своих уродливых шрамов. На меня и без них глазели. Не хватало еще, чтобы начали шептаться из-за этого.

Дрожа от холода, я кое-как вытерлась и потянулась за одеждой.

— Эй, Рен, ты здесь?

Я замерла, узнав голос Адди.

— Да, а что?

Ее шаги приблизились, и вскоре из-за перегородки вынырнуло лицо.

— Эй! — вскрикнула я, прижала к груди полотенце и замахала ей. — Можешь минуту подождать?

— Господи, да пожалуйста, — отозвалась она с досадой, отступила и скрылась из виду. — Не знала, что ты такая скромница.

Я быстро надела рубашку через голову.

— Я почти оделась.

— Это хорошо, потому что у нас проблема.

Вздохнув, я натянула штаны и досуха вытерла волосы. Чудесно. Это именно то, что мне сейчас нужно. Новые проблемы.

Выйдя из кабинки, я увидела, что Адди стоит поодаль со скрещенными руками. Я бросила грязную одежду в корзину с надписью «Стирка», и мы вышли на солнечный свет.

— Что за проблема?

— Придурки, которые здесь заправляют, вот в чем проблема.

Адди произнесла это громко, и несколько рибутов хмуро оглянулись на нас.

Я остановилась, повернулась к ней лицом и негромко сказала:

— По-моему, злить их — не самая хорошая идея.

— Плевать. — Она ткнула куда-то пальцем, и я не поняла, что она имеет в виду. — Эта полоумная девица обходит всех девчонок и приказывает удалить противозачаточные чипы.

— Что за полоумная? — вскинула я брови.

— Рыжая. Как ее там? Джулс. Та, что на подхвате у Михея.

— Ты отказалась?

— Да, отказалась. Прикинь, заводить детей — это мой долг! И размножение поощряется. А поскольку я унтер-шестидесятая, оно особенно поощряется! — Она вскинула руки. — И среди остинских рибутов есть те, кто уже ведется на этот бред!

Я неловко переступила с ноги на ногу, взглянув на Джулс, стоявшую невдалеке возле палатки. Ее рыжие волосы трепал ветер, сощуренные глаза внимательно наблюдали за нами.

Все это было очень странно. И мне совсем не нравилось.

— Ты не обязана, — сказала я.

— Именно, черт возьми! Не обязана!

— Что-то не так?

Я обернулась и увидела перед собой Михея. Изогнув бровь, он пристально вгляделся сначала в меня, потом в Адди.

— Твоя подпевала хочет вынуть мой противозачаточный чип, — ответила Адди.