Рон и Гермиона вскинули палочки.

– Что ты тут делаешь? – зарычал Рон, слова собака, охраняющая кость.

Гермиона шагнула вперёд, прикрывая старинный артефакт.

– Мой визит в дамскую комнату выглядит естественнее, чем твой, Рон, - усмехнулась София. – Я правильно понимаю, вы решили отдать должное памяти опочившему василиску? Пытаешься овладеть парселтангом, Уизли? Как успехи?

– Убирайся!

Сжав кулаки, рыжий шагнул вперёд.

– Подожди, Рон, - привычно удержала его Гермиона. – Ты-то ведь как раз владеешь змееязом, так, Астория?

– Может быть, – кивнула София.

– Гермиона! Ты же не собираешься довериться ей? – округлил глаза Рон.

– Разве у нас есть выбор?

– Но она же!.. Она родственница Сама-Знаешь-Кому!

София, не желая терять даром время, приблизилась к раковине, игнорируя наставленную на неё палочку Уизли, и прошипела заветное: «Откройся!».

Вспышка света. Перед ними открылся знакомый длинный черный тоннель. София скользнула в него первой. Рон и Гермиона не отставали от неё.

– Люмос, – дрожащим голосом произнесла Гермиона, как только их ноги коснулись дна подземелья.

За воротами со змеями открылась Тайная Комната. Статуя Слизерина по-прежнему невозмутимо сторожила окаменевшие останки своего фамильяра.

– Василиск, что? – тревожно озирался Рон. – После смерти сам обратился в камень?

– О, нет! – застонала Гермиона. – Что же нам теперь делать, Рон? Я не знаю, чем ещё можно уничтожить эту… эту гадость!

София протянула руку к Чаше.

– Отдайте её мне, – потребовала она.

На всякий случай Рон перекинул трофей из правой руки в левую:

– Ещё чего!

– Что ты собираешься делать? – более разумно подошла к делу Гермиона.

– Тоже, что и вы – уничтожить зло, заключенное в Чаше.

– Так я тебе и поверил! – фыркнул Рон.

– Если хочешь, можешь сделать это сам.

София подошла к каменной голове василиска и положила руку между смеженными веками гигантской змеи. Сила потекла с пальцев, заставляя каменный панцирь идти тонкими трещинами.

– Что происходит? – пискнула Гермиона, испуганно пятясь.

Камень треснул и осыпался. Огромное гигантское тело зашевелилось, распрямляясь.

Рон дрожащей рукой поднял палочку и наставил его не на змею, а на Софию:

– Прекрати!

На короткое мгновенье София наслаждалась чувством власти и страхом других существ, полностью зависящих от её воли. Но потом лучшая часть её натуры взяла вверх:

– Не бойтесь, василиск мёртв, он больше не способен никого обращать в камень.

– М-мёртв?

– Это всего лишь зомби, – пояснила София.

– Всего лишь?.. – нервно хохотнул Рон. – Инфернал из василиска? Мощно!

Рон с Гермионой обменялись взглядами. На их лицах все читались испуг, недоверие и решимость идти вперёд до конца.

Мёртвый василиск, словно червь-переросток, извивался на месте, не делая попыток ползти.

– Сейчас, Рон, ты сунешь в пасть василиску Чашу.

– Ну, конечно! Для чего ж ещё существуют этот придурок Рон, как не для того, чтобы добровольно руки совать туда, где их гарантированно откусят! – заворчал рыжий.

– Хочешь доверить эту миссию мне?

Гриффиндорцы снова обменялись взглядами, и Гермиона едва заметно кивнула Рону.

Рон отрицательно помотал головой, не соглашаясь с подругой.

– Ты прав, совать руки в пасть этому дьяволу опасно, он по-прежнему ядовит. Ладно, есть идея. Просто положи Чашу к своим ногам, Уизли.

– Но… – начал, было, он.

– Рон! – строгим учительским тоном одернула Гермиона.

Узили возвёл очи горе:

– Ладно, ладно! Если вы обе настаиваете, девочки…

Василиск, послушный мысленному приказу, отданному Софией, открыл пасть, усеянную клыками, каждый длинной с человеческое предплечье и, словно щелкунчик, щёлкнул мощными челюстями. Раздался оглушительный, омерзительный полувизг-полускрежет. Чаша сплющилась.

Дохлая змея выплюнула бесполезный, теперь пустой артефакт на пол. Со звоном груда покореженного металла покатилась по каменным плитам.

– Мерлиновы кальсоны! – почти восторженно выдохнул Рон. – Ну, ты даешь, Гринграсс!

– Но как же мы поднимемся наверх? – обеспокоилась Гермиона. – Сейчас с нами нет феникса Дамблдора, как в прошлый раз.