вения в них провокаторов. Обком рекомендовал впредь соз-

давать изолированные одна от другой, мелкие (по 4—5 чело-

век) группы. Провал одной или нескольких групп при такой

структуре не влек за собой провала других групп и органи-

заций в целом. Группы замыкались на штаб общегородской

подпольной организации». Аналогичный процесс наблюдался

повсеместно.

Совершенствовалась структура и уточнялись функции

низовых ячеек подполья — подпольных групп. Теперь чле-

ны одной группы не знали состава, задач, явок и паролей

других групп и получали задания через своих руководите-

лей, связанных с уполномоченным руководства организации

или подпольного центра. Во многих организациях были вы-

делены группы: агитационные, разведывательные, диверси-

онные и т. д. Члены групп специализировались на еще бо-

лее узких участках работы. Так, например, в агитационных

группах одни подпольщики слушали и записывали передачи

советского радио, другие составляли листовки, третьи раз-

множали, четвертые распространяли их.

Шире стали практиковаться действия абсолютно изоли-

рованных друг от друга мелких групп (по 2—3 человека) и

подпольщиков-одиночек. Например, в Себеже (Калининская

1 ПА ИИП при ЦК КПУ, ф. 1, оп. 1—14, д. 458, л. 1—7.

2 В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 22, стр. 260.

562

область) вообще не было единой подпольной организации.

Но временами в этом небольшом городе по заданиям Се-

бежского райкома партии и партизанских формирований ра-

ботало до 200 подпольщиков-одиночек и членов мелких

групп. Только по заданиям партизанских формирований на

оккупированной врагом советской территории действовало

не менее 300 тысяч таких подпольщиков-одиночек К Нема-

ло подпольщиков выполняло индивидуальные поручения

подпольных организаций.

Постоянно совершенствовался метод отбора людей в

подполье. Стало практиковаться поручительство за вновь

вступающих в организацию людей и предварительная про-

верка их на практических делах. Многие организации созда-

вали вокруг себя широкий актив патриотов. Активисты не

знали состава организаций, их явок, паролей и т. д. Груп-

пами и в одиночку они работали под руководством предста-

вителей подполья. Это, с одной стороны, значительно уве-

личивало число участников подпольной борьбы (активистов

было больше, чем членов организаций), а с другой — за-

трудняло проникновение в подполье вражеской агентуры,

давало возможность отбирать в него проверенных на прак-

тической работе людей.

Во многих подпольных организациях некоторые группы

или отдельные подпольщики специализировались на контр-

разведывательной службе: они следили за тем, чтобы в под-

полье не попадали провокаторы, наводили врага на ложные

следы, уничтожали предателей.

В условиях сурового оккупационного режима, когда за

населением велась слежка, чрезвычайно важной задачей

подпольных организаций была легализация подпольщиков,

обеспечение их необходимыми документами: паспортами,

пропусками, дававшими право на передвижение во время

комендантского часа, на выход за пределы населенных пунк-

тов и т. д. Во многих подпольных организациях имелись

так называемые «паспортные столы», изготовлявшие раз-

личные штампы, печати, подложные документы и т. д. Одна-

ко это не удовлетворяло всех нужд подпольщиков, так как

оккупанты часто меняли паспорта, пропуска и другие доку-

менты или делали в них особые отметки и т. д.

Надежнее и успешнее решались эти задачи путем внед-

1 Эти данные сообщает бывший начальник ЦШПД П. К. Пономаре га-

ко. См. «Вторая мировая война. Книга третья. Движение Сопротивления

в Европе», стр. 62.

563

рения подпольщиков в оккупационный аппарат. Сотни и ты-

сячи отважных патриотов по поручению подпольных орга-

низаций работали в управах, полиции и в других учрежде-

ниях врага. Они запутывали учет в полиции и на биржах