–  Ежевичинка и Пачкун не пускали меня к тебе, - горячо зашептал он, смаргивая слезы.
– Но я все время был рядом, сидел возле детской.

–  Так долго… сидел?
– Глаза Вербовейной блестели, щеки у нее были мокрые, кашель сотрясал ее измученное тело.

–  Нет!
– прошептал Метеор.
– Совсем недолго…

–  Прости меня… - она посмотрела ему в глаза долгим тоскливым взглядом.
– Прости, пожалуйста.

–  За что?
– моргнул Метеор.

–  За то, что оставляю тебя… Зато, что ты будешь один растить наших дочерей.

–  Ты никуда не уйдешь!
– воскликнул Метеор, еще крепче прижимаясь к ее щеке.
– Я тебя не отпущу.

–  Ты будешь… прекрасным отцом, милый.
– Вербовейная замурлыкала, но тут же снова раскашлялась. На этот раз ей потребовалось много времени, чтобы отдышаться.
– Я была так счастлива, когда Ледозвезд принес нас обратно из племени Ветра. Уже тогда я любила тебя… и Речное племя…

–  Нет, пожалуйста, не говори так!
– заплакал Метеор.
– Я же не могу без тебя жить! Сколько я себя помню, я был счастлив только тогда, когда со мной рядом была ты.
– Котята подняли головки, повернули к нему свои слепые мордочки.
– Ты не можешь бросить наших котят, Вербовейная! Ты нужна им!

–  Мой любимый, - Вербовейная с трудом подняла голову, уткнулась носом в его щеку.
– Будь сильным, прошу тебя. Ради меня.

–  Ты поправишься!

–  Помоги мне… дать имена нашим дочерям.

Оцепенение охватило Метеора, тупое безразличие сковало его сердце, остановило мысли. Вербовейная права. Они должны назвать дочерей.

Он протянул лапу в гнездышко, дотронулся до головки темно-серой кошечки.

–  Плотвичка, - тихо прошептал Метеор. Имя само сорвалось с его губ. Он давным-давно придумал имена всем своим дочерям, он молил Звездное племя благословить их…

–  Плотвичка, - с нежностью повторила Вербовейная.

–  Вербочка, - Метеор погладил дымчатую черную малышку.
– Я хочу назвать ее в честь тебя.

Вербочка слабо мяукнула и схватила его за лапу. Мурлыча от нежности, Метеор осторожно отцепил ее коготки и дотронулся до своей самой маленькой, серебристо-серой, дочки.

–  А это у нас Серебринка.

–  Серебринка… - Вербовейная затихла, прижавшись щекой к его щеке.
– Какие славные имена… Какие хорошие…

Ее дыхание выровнялось, глаза сами собой закрылись. Обняв котят хвостом, Вербовейная теснее прижала их к себе и устало вздохнула.

Метеор зарылся носом в ее шерсть.

–  Отдыхай, милая. А я буду рядом, ты знай, что я всегда рядом.
– Он забрался в ее гнездышко, прижался к боку подруги.
– Я буду беречь твой сон, буду согревать тебя, чтобы ты поспала… - Он закрыл глаза и полной грудью вдохнул нежный запах Вербовейной.

–  Метеор?

Зашуршали ветки палатки, Ежевичинка тихо вошла внутрь. Склонилась над Метеором, коснулась носом его шерсти.

–  Я слышала, как ты назвал своих дочерей. Какие красивые имена!

Он поднял голову. Как долго он тут пролежал?

Голос Ежевичинки был тих, как дыхание.

–  Мне так жаль… Она ушла от нас.

–  Нет!
– Метеор вскочил и с ужасом почувствовал, как холодна шерсть лежавшей рядом Вербовейной.
– Нет!
– Он выбрался из гнездышка, выскочил из детской.
– Нет!
– Его отчаянный вопль разнесся по всему лагерю.
– Я никогда не обещал тебе этого!

Со всех сторон на него смотрели изумленные глаза Речных котов. Они ничего не понимали!

–  Нет!
– Метеор выскочил из лагеря, помчался по мокрой траве к ивам.
– Кленовница!
– рычал он.
– Где ты? Значит, это еще одна твоя жертва? Ты сделала это, чтобы я смог стать великим? Но я не хочу быть великим, слышишь? Не хочу! Верни ее! Я забираю его назад, ты слышала? Я забираю свое обещание! Если ради величия нужно пожертвовать ею, то мне ничего не нужно! Я не хочу!

–  Метеор?
– раздался из-за деревьев громкий голос Желудя.

Метеор остановился, задыхаясь. Его легкие разрывались, горло горело огнем от крика.

Желудь подбежал к нему.

–  О чем ты говоришь?
– Он прижался к дрожавшему боку брата, обвил его хвостом.
– Что ты пообещал? Кому?

Метеор отпихнул его.

–  Ты не знаешь! Я не могу тебе рассказать!
– Когти вины глубоко впились в его сердце, грозя разорвать.
– Я не могу никому сказать!

Желудь погладил его хвостом.

–  Давай вернемся в лагерь, Метеор. Речные коты в ужасе.

Метеор встал на подгибающиеся лапах. Ничего не видя перед собой, он слепо побрел за Желудем в лагерь, вышел на поляну.