– Все в порядке Маклак, я уже на месте, – спокойно отозвалась девушка и растворилась в темноте.

Шепель ждал, что человек, названный Маклаком, последует ее примеру, но тот застыл истуканом посреди улицы, мешая Константину последовать за Селеной. Майору ничего не оставалось делать, как потревожить Маклака в его задумчивом одиночестве. Видимо, подонок не ожидал нападения с тыла и только удивленно хрюкнул, когда кулак Шепеля угодил в его отвисшую челюсть. Константин прислонил обмякшее тело к стене соседнего дома и быстрым шагом направился в сторону парка. Никто его не окликнул и не остановил.

Шепель спрятался за ближайшим деревом и огляделся. Селены нигде не было, зато он вдруг услышал топот копыт и скрип колес. Карету леди Элеоноры никто не сопровождал, возможно, охрана поджидала ее вне пределов священной рощи. На размышления у Константина оставалось всего несколько секунд. Он прыгнул вперед и ухватился за дверцу кареты. Та распахнулась, и в глаза ему ударил свет электрического фонарика. Он все же увидел занесенную руку с кинжалом и успел перехватить ее раньше, чем острое жало впилось ему в шею, рванул женщину на себя, буквально выдернул ее из кареты, и в ту же секунду ночную тишину разорвали вопли и звон стали.

Карета, влекомая парой коней, вылетела на мостовую и была остановлена людьми Хряка. Кучер, взмахнувший было длинным хлыстом, мешком слетел под копыта взбесившихся коней. К карете метнулись несколько всадников, похоже, это были охранники леди Элеоноры, но их оказалось слишком мало, чтобы отбить натиск людей, густо лезущих из подворотен. Шепель достал револьвер и выстрелил три раза подряд, стараясь не задеть конных. Леди Элеонора, ошеломленная неожиданным нападением, кажется, пришла в себя, во всяком случае Константин услышал ее горячий шепот:

– Вы кто?

Шепель включил фонарик и осветил свое лицо. Похоже, шокированная леди Элеонора хоть и не сразу, но узнала его.

– Константин! Но как вы здесь оказались?

– Объяснения потом, леди. Нам нужно уносить ноги как можно быстрее.

– Хорошо. Идемте.

Надо отдать должное яфетянке, неожиданное нападение не выбило ее из колеи. Она подобрала с земли кинжал и вскочила на ноги. Леди Элеонора была в мужском костюме, но без плаща. Шепель набросил ей на плечи свой, чтобы женская фигура не привлекла внимание подонков, которые уже успели расправиться с охраной леди и рассыпались по священной роще. Судя по всему, Хряк боялся гнева нанимателей больше гнева богини, но не исключено, что им сейчас управляла алчность.

– Ищите ее, – прозвучал на всю рощу чей-то грубый голос. – Она здесь.

Задачу подонкам облегчал наступающий рассвет. Отступать к храму Артемиды было уже поздно, ибо священная роща отнюдь не была непроходимыми дебрями и обнаружить здесь человека особого труда не представляло. Именно поэтому Шепель решил прокрываться в город. Поначалу их маневр казался успешным, но стоило только беглецам ступить на мостовую, как навстречу им кинулись сразу трое наемных убийц в черных костюмах, лица которых прикрывали маски. Шепелю ничего другого не оставалось, как уложить их выстрелами из револьвера. Выстрелы привлекли внимание всей воровской стаи, и вместо трех противников Шепель получил целую сотню.

– Это она, – услышал Константин истерический вопль прямо над головой. – Держите ее.

Он поднял голову и выстрелил в чье-то перекошенное страхом лицо, мелькнувшее в узком, как бойница, окне.

– Бежим, – крикнул Шепель, хватая леди Элеонору за руку.

Шквал проклятий достиг их ушей вместе со звуками револьверных выстрелов. Константин было обрадовался, подумал, что пришла подмога, но ошибся. Пули просвистели над его головой. Оказывается, у наемных убийц тоже было огнестрельное оружие, и это сильно осложняло дело. К тому же леди Элеонора оказалась неважной бегуньей, в прыти она сильно уступала преследователям, поднаторевшим в ночных баталиях, ловким и легким на ногу.

– Я их задержу, – крикнул Константин яфетянке. – Постарайтесь где-нибудь спрятаться.

Жители вольного города индифферентно отнеслись к шуму, доносящемуся с улицы. Во всяком случае, никто не торопился оказать поддержку беглецам. Все двери были закрыты наглухо, и стучаться в них было бесполезно. У Шепеля в барабане армейского револьвера оставалось только семь патронов, зато он был превосходным стрелком, в отличие от ясирцев. Шесть выстрелов прозвучали один за другим, и шесть наиболее прытких преследователей рухнули на мостовую с пробитыми головами. Столь сокрушительный отпор отрезвляюще подействовал на подонков, опьяненных азартом погони, уцелевшие метнулись к подворотням или прильнули к земле. Впрочем, стрелять они не перестали. Несколько стрел, выпущенных из арбалетов, едва не попортили шкуру майора, неосторожно высунувшегося из своего убежища.

Шепель очень надеялся, что леди Элеонора воспользовалась передышкой и сумела скрыться. Все-таки она знала Ясир куда лучше Константина, положение которого становилось просто аховым. Один револьвер был пуст, в барабане другого оставался один патрон. Что же касается меча, то Шепель не был уверен, что сумеет воспользоваться им достаточно эффективно. В юности он занимался фехтованием и даже подавал надежды, но с того времени утекло слишком много воды, чтобы быть уверенным в силе и точности своих ударов.