— Рюкзак моего брата, — непринужденно ответил он.

— Возможно. Мы дадим капитану Черности посмотреть и на него, и на тебя.

Мал пожал плечами.

— Да, пожалуйста. Я с радостью сообщу ему, что вы пытались нас ограбить.

Льву, похоже, эта мысль не особо понравилась.

— Давай просто заберем деньги и уйдем.

— Не-е, — протянул Длиннолицый, щурясь на Мала. — Либо он тот дезертир, либо украл рюкзак у какого-то недотепы. В любом случае, капитан хорошо заплатит за такие новости.

— А что с ней будем делать? — Лев снова меня встряхнул.

— От нее тоже жди неприятностей, раз она путешествует с этим типом. Скорее всего, еще одна беглянка. А если нет, то просто развлечет нас. Ведь так, конфетка?

— Не прикасайся к ней! — рявкнул Мал, делая шаг вперед.

Длиннолицый резко стукнул рукоятью ножа ему по голове. Тот споткнулся, одно колено подогнулось, а из виска пошла кровь.

— Нет! — вскрикнула я. Державший меня мужчина снова заткнул мне рот, но отпустил руку. Большего и не требовалось.

Я крутанула запястьем, и между пальцами проскользнули зеркала. Длиннолицый же навис над Малом с ножом в руке.

— Может, капитан заплатит, даже если он будет мертв, — а затем атаковал.

Я повернула зеркало и выстрелила ярким светом ему в глаза. Мужчина замешкал, закрывая лицо руками. Мал воспользовался случаем. Он быстро встал, схватил вора и толкнул его в стенку. Лев отпустил меня, чтобы взять ружье, но я развернулась, подняла зеркало и ослепила его.

— Какого… — проворчал он, щурясь. Не успел он опомниться, как я врезала коленом ему между ног. Он согнулся, а я взялась за его голову и хорошенько добавила коленом по лицу. Послышался отвратительный хруст, и я отступила назад, а мужчина рухнул на землю, хватаясь за нос, между его пальцев лилась кровь.

— Удалось! — победно воскликнула я. Жаль Боткин этого не видел.

— Пошли! — отвлек меня Мал от ликования.

Я обернулась и увидела, что Длиннолицый валялся без сознания в грязи. Мал поднял рюкзак и побежал в противоположную часть подворотни, подальше от шумного шествия. Лев стонал, но все еще держался за ружье. Я для закрепления пнула его по животу и кинулась за другом. Мы пробегали мимо пустых лавок и домов, снова по грязной главной дороге, а затем скрылись в лесу среди безопасных деревьев.

Мал шагал в очень быстром темпе, ведя нас через небольшой залив, а потом и через горный хребет. Казалось, мы прошли сотни миль. Лично я не считала, что воры были в состоянии преследовать нас, но у меня уже просто не хватало воздуха, чтобы спорить с парнем.

Наконец, Мал остановился, уперся руками в колени и попытался восстановить дыхание. Я упала наземь с выпрыгивающим из груди сердцем и перевернулась на спину. Кровь гудела в ушах, но это не мешало мне наслаждаться дневным светом, просачивающимся сквозь верхушки деревьев. Достаточно отдохнув, чтобы начать разговор, я поднялась на локти и спросила:

— Ты в порядке?

Мал осторожно коснулся раны на голове. Она уже не кровоточила, но он все равно скривился.

— В норме.

— Думаешь, они кому-нибудь расскажут о нас?

— Естественно. Попытаются заработать на информации.

— Ради всех Святых! — выругалась я.

— Теперь ничего не поделаешь, — тут он, к моему удивлению, улыбнулся. — Где ты научилась так драться?

— Тренировки Гриш, — театрально прошептала я. — На них учат древней технике удара в пах.

— Главное, что сработало.

Я захохотала.

— Боткин тоже так говорит. «Меньше показухи, больше боли», — сказала я, имитируя акцент наемника.

— Умный мужик.

— Дарклинг не считает, что Гриши должны полагаться только на свою силу, — я тут же пожалела о сказанном. Улыбка Мала исчезла.

— Еще один умник, — сухо подметил он, глядя в лес, а через минуту продолжил: — Он узнает, что ты пошла не прямиком к Каньону, и поймет, что мы охотимся на оленя, — парень устало сел рядом со мной, его лицо было мрачным; в этой борьбе у нас было минимум преимуществ, и теперь мы лишились ещё одного. — Не стоило мне вести нас в город.

Я слабо стукнула его по плечу.

— Никто не мог предвидеть, что нас попытаются ограбить. Бывают же такие неудачники?

— Это было глупо и рискованно. Мне стоило догадаться, — он поднял палку с земли и со злобой метнул ее вдаль.

— Зато рулетик все еще у меня, — попыталась я разрядить обстановку, достав из кармана сплющенный кусочек булочки, завернутой в ткань. Ее слепили в форме птицы — дань возвращению стай из тёплых краев — но теперь она больше походила на скомканные носки.