Я раздосадованно поморщился, Шарра всё-таки не выдержала и захихикала, а Ранвар поднялся на ноги.

— Пожалуй, нам пора, и так засиделись, — сообщил он, и остальные тоже дружно засобирались, даже Нойр-ан, почему-то выглядящая совершенно счастливой. Покинули нас они весьма поспешно.

— Я опять спросила что-то не то? И это тоже ужасно неприлично? — растерянно переведя взгляд с закрывшейся двери на меня, уточнила человечка.

— Нет, — я опять поморщился, с ней вместе поднимаясь с дивана. — Просто слишком расслабился.

— А почему это всех так шокировало?

— Потому что они наблюдали подобное впервые.

— Они же вроде бы доверенные лица, — продолжила допытываться она. — Или вопрос здесь не в доверии?

— Ты слишком много говоришь, женщина, — раздражённо процедил я.

— Я пытаюсь сориентироваться в новых обстоятельствах, — совершенно не впечатлилась моим недовольным тоном Александра. — В такой ситуации слишком много информации не бывает, и вопросы я задаю по существу. В конце концов, я же не спрашиваю, где у тебя находится мурчалка, — с серьёзным видом пожала плечами человечка, когда я поставил её на пол в спальне.

— Что находится? — от удивления я даже злиться перестал.

— Мурчалка, — с тем же каменным выражением лица повторила она. — Я в детстве была уверена, что внутри каждой кошки есть мурчалка. Ну, специальное устройство или артефакт для мурчания.

— Ты издеваешься? — подозрительно уточнил я.

— Немного, — с лёгкой ироничной улыбкой кивнула она. — Хотя чем именно кошки мурчат, так до конца и не уверена. Руамар, я пошутила, — настороженного проговорила она, медленно пятясь в сторону выхода и бдительно следя за каждым моим движением.

— Я тебе сейчас покажу… мурчалку, — тихо пригрозил я, так же медленно наступая.

— Руамар, не хочешь же ты сказать, что ты из-за такой ерунды разозлился? — неуверенно пробормотала женщина. От неё пахло лёгкой тревогой и опасением, и этот запах вместе с пропитавшими спальню ароматами желания и наслаждения будоражил и будил инстинкты, выводя зверя из оцепенения и напоминая, что кровь Первопредка никуда не делась.

Я не стал отвечать. Зачем, если я всё равно сильнее, быстрее, да ещё точно знаю, чем хочу заняться вместо разговора?

Кажется, она поначалу действительно поверила, что я разозлился, потому что бороться начала всерьёз. Подготовка для женщины была более чем неплохая, но беззубые нам по определению проигрывают в ближнем бою.

А вот когда я повалил её на кровать лицом в простыни, навалился сверху и не отказал себе в удовольствии слегка прикусить шею, настороженно замерла. Пользуясь замешательством, я начал неспешно расстёгивать на ней рубашку. Но руки на всякий случай не отпускал.

— Так ты не злишься? — наконец, неуверенно уточнила Александра.

— Стоило бы тебя, конечно, выпороть в воспитательных целях, за пререкания, но — нет, — честно ответил я, прихватывая губами мочку уха.

— Это тебя бы стоило выпороть, чтоб не пугал! Я уже с жизнью простилась, — проворчала она, заметно расслабляясь в моих руках.

— Покушение на Императора карается смертью, — наставительно изрёк я, стягивая рубашку с плеч.

— Ты вроде бы говорил про особ императорской крови? А на меня, значит, можно?

— Мне можно всё, пора бы уже запомнить, — я насмешливо фыркнул, а женщина только тяжело вздохнула в ответ, но благоразумно промолчала.

Да, пожалуй, с поркой я погорячился: человечка вроде бы и так поддаётся воспитанию.

Императрица Александра Шаар-ан

Сон был странный, но почему-то не страшный. Мир, в котором я находилась, под завязку наполняла полупрозрачная темнота. То есть, я понимала, что света здесь не было, но почему-то глаз до определённого предела различал очертания предметов.

Впрочем, предметов как таковых вокруг не было, только неровный каменистый пол под ногами. Даже понять, пещера вокруг или открытое пространство, я не могла — темнота скрадывала звуки. Могло статься, за пределами отведённого мне горизонта не было совсем ничего.

Я спокойно шагала сквозь темноту и воспринимала себя такой, какой была последние лет десять. Удобные ношеные сапоги, штаны, рубашка и китель; не парадный, повседневный. Ощущение было не то как от необременительной прогулки, не то как от дороги до нужной, но не требующей спешки и не вызывающей беспокойства цели.

Земля под ногами ощутимо пошла под уклон, а потом вовсе кончилась низким осыпавшимся обрывом, под которым плескалась вода. Подойдя ближе, я обнаружила, что внизу есть не только вода, но ещё узкая полоска каменистого пляжа. Та я, что была во сне, точно знала, куда ей нужно, и появлению преграды не удивилась.