— Полуфактов?

— Говорю же, там какая-то мутная история. Твой предок подцепил жену где-то на границе, и разные источники говорят разное: то ли она была беззубой, дочкой мелкого дворянчика, то ли двуликой из какого-то совершенно глухого угла, а то ли вообще лесной ведьмой.

— И что, никто не мог точно сказать ничего про Императрицу? — недоверчиво уточнил я. — Ладно, какие-то фигуры масштабом помельче, но тут… Да и вообще, я своё генеалогическое древо неплохо знаю, тем более — на таком отдалении; не припомню я там людей.

— Её звали Тарной, она была супругой одного из Шидаров, я не смотрел, какого именно, — уточнил он. — Вот чего мы не переняли от людей их полезную привычку нумеровать правителей? Так удобно! А тут в лучшем случае у одного из десятка прозвище есть, — проворчал Инварр-ар.

— То есть, ей ещё и человеческое происхождение приписывают? — весёлый оскал получился как-то сам собой.

Рассуждения друга о нумерации Владык я комментировать не стал. Учитывая, что про первые века истории Руша в принципе известно очень немного, эта бесспорно ценная и удобная идея ломалась на единственном и основном вопросе: кого считать первым? И если вдруг всплывут сведения о более древних Владыках, их-то как нумеровать? Минус первым и минус вторым? Или вообще на дроби переходить?

— Почему — «ещё и»?

— Тарну некоторые источники считают безумной, но большинство, впрочем, сходится на более мягком эпитете — «чудачка». Добрая треть легенд рода, которые я знаю, связана именно с её именем. Так что это даже не «полуфакт», а откровенный слух.

— Да я и не утверждал, что это точные сведения, — дипломатично согласился собеседник. — Ладно, главное я сказал: если будете продолжать так же усердно работать, у тебя есть возможность получить наследника, — ухмыльнулся он. Я недовольно поморщился, но кивнул, принимая сделанный вывод. — Да, и чуть не забыл. Поговорил бы ты на эту тему со старшей жрицей; всё-таки, что ни говори, а подобные вопросы во многом лежат в её компетенции.

— Ты же знаешь, что она меня с рождения не очень-то жалует, — скривился я. — Да и я эти святилища терпеть не могу.

— А ты вообще с ней общался после принятия титула? — осторожно уточнил Мунар.

— Только перед вашим с Зарой обрядом и о вас, — признал я. — Ладно, под хвост эту старую ведьму. У тебя всё?

— Почти, последний вопрос. Ты уже определился с маршрутом и датой своих «визитов вежливости»?

— Нет, — недовольно проворчал я. — Слишком много мест, требующих внимания, а время ограничено. Но склоняюсь к мысли прошвырнуться по периферии. Начиная с островов. А по дороге заглянуть в пару стратегически важных мест.

Практика «визитов вежливости» Императора (поначалу, конечно, Владыки) существует столько, сколько Руш является государством. В общем-то, подобное принято не только у нас: из столицы страной не науправляешься, так что ответственные правители не гнушались посещения с инспекцией самых удалённых уголков.

С развитием магии и появлением дирижаблей осуществлять эти визиты стало гораздо проще, да и эффективность их повысилась, и теперь я собирался использовать полученные возможности по максимуму. Во время войны голова была по большей части занята внешней политикой, а не внутренней, поэтому долгих и основательных выездов у меня не случалось. В Таре так я вообще не был ни разу за свою жизнь, несмотря на его относительную близость к столице: повода не было.

Южные острова — довольно специфическое место, и в войну было совершенно не до них. Рай по эту сторону смерти, где растят фрукты, ловят рыбу, пасут овец, никуда не спешат и умеют получать удовольствие от жизни, не напрягая себя чрезмерным трудом и столичными проблемами. В довоенное время было модно ездить туда отдыхать от суеты.

— А Александра…? — уточнил Мунар.

— Естественно, поедет со мной, — ответил я.

Эта идея мне и самому не вполне нравилась: я не был уверен, что, во-первых, женщина готова к встрече с простыми оборотнями, и, во-вторых, что готовы эти самые оборотни. Но такая «полевая работа» была для неё отличной практикой. А, самое главное, я не мог, да и не хотел оставлять её одну почти на месяц.

Мои отношения с собственной женой за прошедшие с обряда полторы декады приняли очень странную форму. А, вернее, очень непривычную. Я никак не мог понять, всё ещё действует кровь Первопредка, или она уже напрочь выветрилась, и дело в самой женщине. С одной стороны, когда Александры не было рядом, я вполне мог спокойно работать, хотя её запах тенью сопровождал меня. Более того, даже рядом с ней моя голова вполне вмещала посторонние мысли. Но порой меня всё равно накрывало таким желанием, что даже дышать было больно.

Странность, впрочем, заключалась в другом. С ней рядом мне было… спокойно. Так спокойно, как не было, пожалуй, никогда, даже наедине с собой. Может, мне просто передавалась её невозмутимость, или так изменилось действие на меня её запаха, — я не имел ни малейшего представления. Самое главное, даже выяснять причины не хотел: мне было хорошо.

Но поговорить со старшей жрицей, определённо, стоило. Хотя бы потому, что у меня был для этого повод, а бесконечно избегать встреч с ней — как минимум, неразумно.