– Бог свидетель, я не стремлюсь получить титул, – ответил Сесил, пожав плечами. И он говорил правду. Сесил был веселым ленивцем и испытывал ужас перед обязанностями, сопряженными с управлением герцогством. – В титуле герцога мне кажется привлекательным только одно: если кто-либо из моих сотоварищей пэров убьет кого-нибудь, мы будем заседать в суде. Но ведь такое случается крайне редко, не так ли?

– Кровожадный негодник… – с теплой улыбкой сказала Тео.

– К тому же у меня более чем достаточно собственных денег. А вот мой тесть… Он в восторге от перспектив.

– Мы не можем объявить Джеймса мертвым, – поспешно проговорила Тео. – Ведь я все еще пытаюсь отыскать его. Думаю, мне лучше вернуться в Англию и выяснить, что случилось со всеми сыщиками с Боу-стрит, которых я послала на поиски. Возможно, поеду после Рождества, во время сезона… Я не могу навсегда остаться в Париже.

Сесил откашлялся и проговорил:

– Мой тесть тоже нанял сыщика два года назад.

– Этот человек ничего не узнал?

– Я не видел смысла говорить вам об этом, пока есть еще возможность отыскать Джеймса. Установлены определенные правила, знаете ли… Герцог должен отсутствовать в течение семи лет.

– Семь лет исполнится в следующем июне, – со вздохом сказала Тео, уставившись в свою чашку. – Ваш человек побывал в Индии? Помню, Джеймс как-то говорил об этой стране.

– Я спрошу, – ответил Сесил, тяжело поднимаясь с кресла.

Рождество 1814 года в Париже было восхитительным. Все в городе танцевали и веселились, как умеют только парижане. Но Тео чувствовала, как в ее душе постепенно нарастал гнетущий страх. Неужели с Джеймсом случилось что-то непоправимое?

Как ужасно! Ведь это она заставила его уехать из Англии, и, возможно, он погиб где-то на чужих берегах. Или хуже того – на борту затонувшего корабля. Ночами она не могла заснуть и бродила по комнате, мысленно представляя себе «Персиваль», захваченный штормом… И последний вздох Джеймса, исчезающего среди волн. Она отгоняла от себя эти картины и засыпала… Но тут же просыпалась с ясным осознанием: только смерть могла объяснить поведение Джеймса, ни разу не связавшегося со своим отцом.

Ставило в тупик и то, что она так переживала за отсутствовавшего и не заслуживавшего доверия супруга.

В конце концов, Тео встала как-то утром и почувствовала, что совершенно измучилась от чувства вины, от горя и от гнетущей тоски, никак не проходившей.

– Он действительно умер, – пробормотала она со вздохом. Но ведь шесть лет, почти семь – очень долгое время. А женаты они были всего два дня. Выходит, она скучала скорее по другу детства, а не по его краткому воплощению в качестве ее мужа.

Тео вызвала к себе Сесила. Они оба планировали вернуться в Англию в феврале.

– Подождем еще один год, – сказала она. – А после этого сделаем все необходимое, чтобы передать титул вам.

– А затем вы должны снова выйти замуж, – заметил Сесил. – Мы с Кларибел оба желаем вам счастливого замужества.

Но за какого мужчину выйти замуж? Это действительно был жизненно важный вопрос.

Тео мысленно составляла список желаемых качеств. Она бы хотела мужа с певческим голосом, потому что не могла забыть, как Джеймс пел ей на рассвете, после того как они всю ночь напролет занимались любовью. И чтобы мужчина был с голубыми глазами, с широкой улыбкой и чувством юмора. А также чтобы был великодушным.

Увы, не требовалось много ума, чтобы понять: ее список требований прямо указывал на мужчину, который отсутствует и почти наверняка умер. Тогда она попыталась убедить себя в том, что Джеймс – вероломный предатель. Так неужели же она действительно хотела принять обратно мужчину, женившегося на ней по приказу отца?

Ответ был неутешительный. Да, хотела. Конечно, при условии, что он будет заниматься с ней любовью, а после этого петь для нее.

Первый бал, открывавший очередной сезон, – всегда самый важный и интересный по целому ряду причин, некоторые из которых вполне очевидны, а другие не совсем ясны. На этом балу присутствуют все юные девушки, впервые выходящие в свет, но здесь же становятся общеизвестными все последние новости из жизни высшего общества. Кто находится в трауре и остался в поместье? Чей брак разладился до такой степени, что муж и жена проживают в разных домах? Кто проиграл на скачках так много, что вынужден явиться во фраке, безнадежно вышедшем из моды? Обо всем этом узнают на первом балу.