– А не защитить?

Джейми бросил ему быстрый взгляд, в котором не осталось ничего, похожего на спокойствие.

– Я никого не защищаю.

– Ты защищаешь короля.

– Я охраняю короля, помня о своей цели.

– И у тебя нет никаких намерений в отношении Евы?

– Я намерен больше никогда ее не видеть.

– Понятно. – Рай продолжил разговор, но, к счастью, уже не о Еве. – Чего хотел Сиг?

– Многого. Малден вернулся к своим давним методам и готов продать отца Питера на торгах за самую высокую цену.

Рай тихо, протяжно присвистнул.

– Я тебя удивил?

– Я потрясен.

Мимо проходила группа торговцев со слугами, которые несли высоко поднятые фонари, разгоняя приближающуюся темноту, и Рай подождал, пока они пройдут, а потом снова заговорил тихим голосом.

– Значит, Сиг, несомненно, был крайне обрадован, услышав, что наследник Эндшира уже у тебя в руках.

– Я уверен, что был бы, – согласился Джейми.

– Но ты ему не сказал.

– Нет.

– Почему нет?

Джейми отступил в сторону, пропуская группу слуг с фонарями и следовавших по пятам за ними хозяев.

– Он мне не нравится, и я ему не доверяю.

– Но королю ты скажешь? – Рай выразительно поднял бровь.

– Почему ты спрашиваешь? – Они остановились у мусорной кучи.

– Потому что мне интересно.

– Рай, я расстроен отсутствием у тебя веры в меня, – покачал головой Джейми. – Юный Роджер больше верит в меня, чем ты.

– Но ведь он меньше знает тебя.

– А-а, да, это правда. Почему бы мне не рассказать королю.

– С таким же успехом можно спросить, зачем бы тебе рассказывать королю?

– Я связан определенными обязательствами, верно?

Рай ничего не ответил.

В развевающихся накидках, глухо стуча сапогами по булыжникам, они по крутому подъему поднимались в центр города. Веселье выплескивалось из домов криками, смехом, бренчанием лютней и позвякиванием кимвал. За время их путешествия небо еще потемнело, и глубокие тени теперь лежали везде, кроме тех мест, где фонари, висящие снаружи на стенах зданий, бросали на булыжную мостовую мерцающие лужицы света.

– Итак, теперь мы идем… – снова заговорил Рай.

– К доктору. Чтобы найти священника. Раньше, чем это сделает Сиг.

– Думаешь, он там?

– Ева думает.

Они приближались к деревянным воротам, которые отмечали вход в старый еврейский квартал.

– Интересно, что скажет Сиг, если тоже это узнает.

Обходя стаю собак, дерущихся за потроха, Джейми подобрал накидку.

– Пусть Сиг поцелует меня в задницу. Во всяком случае, – добавил он, когда они еще раз свернули за угол, – я до полусмерти избил Сига и оставил в канаве дубильщика.

Ворчание Рая сопровождало их всю дорогу до парадных дверей доктора.

Дверь в дом доктора Джейкоба захлопнулась прямо у них перед носом, и они посмотрели на нее, а потом друг на друга.

– Это невежливо, – сделал заключение Рай.

– Это определенно вызывает у меня любопытство, – отозвался Джейми, оценивающе глядя вверх на окна второго и третьего этажей. Но делал он это по привычке и вовсе не собирался карабкаться по внешней стене. Гораздо проще выбить дверь – дерево было крепким, но замок слабым.

Но это лишь в случае крайней необходимости.

– Рай, ты знаешь здесь кого-нибудь?

– Где – здесь?

– Здесь, в Грейшес-Хилле. – Джейми перевел взгляд с фасада дорогого кирпичного здания на друга.

– То, что меня воспитал еврей, никоим образом не означает, что я знаю всех евреев в Англии, – спокойно глядя на него, ответил Рай.

– Ты мог бы знать нескольких, так как семья твоей матери была из этого города. – Джейми так же спокойно смотрел на него. – И я случайно узнал, что в детстве ты довольно часто бывал здесь.

Покачав головой, Рай зашагал по чистой мощеной улице старого еврейского квартала, хотя «нового» квартала не было. Были частые погромы и короли, которые предавали и изгоняли «своих» евреев, а годы спустя заставляли их платить за разрешение вернуться и ждать, когда все повторится снова, через некоторое время, по прихоти одного из будущих королей.

Но Иоанн был особым защитником, и во время одной из таких случайных зачисток, когда простые горожане и знатные бароны были доведены до предела вторжением короля в их права и сундуки, евреи оказались в худшем положении, чем при всех других английских королях.