Повернувшись, он врезал кулаком по стене, и латунная панель отвалилась от удара.

Лена вздрогнула:

– Прошу тебя, не надо!

С заметным усилием обуздав ярость, Уилл опустил руку:

– Я те не наврежу. Ты же знаешь. Я никогда тя не пораню.

Лена осознала, что вжалась в противоположную стену, слишком напряженная, чтобы расслабиться, когда его гнев словно ураган кружит по кабине.

– Да, я испугалась. Но сейчас я в безопасности. И только это имеет значение.

– Чо он с тобой сделал? Чо он те сказал?

«Он угрожал меня убить». Лена побледнела и замотала головой.

Ритмичный стук, с которым паровой двигатель в глубине подвалов Башни опускал лифт вниз, действовал почти завораживающе. Но не на Уилла. Он вертелся в маленькой кабине, сцепив руки за спиной и с горящими гневом глазами.

– Ненавижу маленькие пространства.

И вдруг Лена поняла, что вервульфен напряжен не только из-за Колчестера.

– Это… это место напоминает тебе клетку? – Пришлось прочистить горло, чтобы вымолвить хоть слово.

Уилл кивнул.

Лена взяла его за руку:

– Я с тобой.

Вновь кивнув, он отвернулся, но крепко сжал ее пальцы.

– Клетка – не самое страшное. Я смотрел на мир сквозь решетку. – Лицо Уилла потемнело, будто сейчас он видел что-то еще помимо гладких панелей кабины. – Када я не слушался, они избивали меня до потери сознания. Но када подрос, это наказание меня уже не так пугало. – Он облизнул губы. – Там был подвал. Глубоко под землей. Они стали запирать меня там. На дни. Или недели. Не знаю, там было так темно. Даж крысы не пробегали.

Маленький мальчик, потерянный в темноте. У Лены сердце кровью обливалось.

– Теперь ты свободен.

Уилл посмотрел на нее:

– Я не свободен, Лена. Пока еще нет. Просто теперь клетка побольше. По цельному Чепелю можно бродить.

– Но сейчас же ты здесь.

Выражение его лица сразу стало раздраженным.

– Тока пока перемирие не заключат. Я должон убедиться, что норвежцы его подпишут, иначе я вернусь в Чепель, и остальные, навроде меня, останутся в цепях.

От его слов у Лены перехватило дыхание.

– Так вот что они тебе наобещали? – Катастрофа. Полная катастрофа. – Свободу?

– Мне и всем вервульфенам в Империи.

Она прислонилась к стене, прижав руку к груди. Уилл оказался вовлечен в происходящее намного сильнее, чем Лена ожидала. Действуя против него, работая против него, она лишает его шанса на свободу.

Ну не может она так поступить.

Но что тогда будет с Чарли? Она уронила руку. Что же делать? Глаза защипало.

– Лена?

Уилл ждал ответа. Но у нее никак не получалось быстро что-нибудь придумать.

– Похоже, ты понравился дочери эрла, – бесстрастно заметила Лена, будто ее сердце и не болело. – Если ты ее очаруешь… – Дальше продолжать она уже не могла, слова застряли в горле.

– Не умею я очаровывать.

Лена рассмеялась, тихо и печально. Ей нужно отсюда выбраться. Стены будто сдвигались.

– Это точно.

Вздрогнув, кабина остановилась. Звякнул колокольчик, и двери начали открываться. Лена рванула вперед, как только они раздвинулись достаточно широко, чтобы можно было протиснуться.

Еще один пролет ступенек до выхода на улицу. Лена подхватила розовые юбки и побежала вниз, но Уилл с недовольным выражением лица прыгнул ей наперерез:

– Чо стряслось?

– Ничего. – Она попыталась пройти мимо, но он преградил ей путь. Уилл остановился на две ступеньки ниже, так, что их лица оказались на одном уровне.

– Уилл, я устала, я хочу домой. Ничего не…

– У тя запах изменился. – Он встал на ступеньку выше, практически вплотную к Лене. – Как тока я сказал про условия сделки.

Неужели у вины есть особый аромат? Лена положила ладонь ему на грудь, сама не зная для чего – то ли чтобы оттолкнуть, то ли чтобы притянуть ближе.

– А потом твой запах опять переменился, – заметил Уилл. Крохотные вспышки расплавленной меди сияли в радужке его глаз. – Када ты заговорила про леди Астрид. – Он склонил голову, его взгляд упал на ее губы. – И прям сейчас меняется.

Сердце Лены заколотилось. Всё, все эмоции, надежды, мечты и отчаяние – все то, что она старалась от него скрыть, выдавал ее запах. Лена встретила его взгляд, но не смогла его прочитать. Горящий янтарь. В этих глазах она могла бы утонуть, если только он позволит. Оттенок чуть смягчился, стоило Уиллу наклониться ближе.