собираются вместе. Пример — летучие мыши и лесные белки

в мороз.

Нарвалы — киты с длинными, как рапиры, бивнями, в

сильные холода сбиваются в большие стада и плавают все

в одном месте, ныряют без конца, баламутят воду: не дают

ей замерзнуть. Если в арктических льдах, среди которых

они живут, не останется ни одной большой полыньи, то

нарвалы рискуют задохнуться.

Бобры объединяются вместе, чтобы сообща строить

жилища.

Кроме явных выгод, которые приобретают животные,

объединяясь со своими сородичами в одно сообщество, есть

еще загадочные, пока малоизученные, но достаточно

очевидные преимущества коллективного образа жизни.

Заметили, например, что муравьи и термиты более

активны и лучше работают, когда их много, чем когда они

изолированы от себе подобных. Это странное явление

назвали эффектом группы.

Тараканы тоже лучше ориентируются, когда им

предлагают сделать правильный выбор пути в компании с дву-

мя-тремя другими тараканами, чем в одиночестве.

Морской червь процеродес легче переносит опреснение в группе

с другими такими же червями, нежели в изоляции. А у

золотых рыбок улучшается аппетит, когда они вместе. Но и

съедая одинаковое количество пищи, в стае они растут

быстрее, чем в одиночестве. Они, а также и другие рыбы —

гуппии, пескари — даже энергии расходуют меньше, когда в

стае. Об этом можно судить по потреблению кислорода:

одиночной рыбке его требуется заметно больше.

Эффект группы обнаружен также у шмелей, мух,

долгоносиков, саранчи, крыс и кур.

Лишь немногие киты кочуют по океанам в одиночестве

(ремнезубы, например). И стада у них бывали (порой

встречаются и сейчас) невероятных размеров. По северным

морям за косяками трески и сайры плывут нередко

десятитысячные стаи белух. Наши звероловы, случалось,

вылавливали в Черном море (аламанной сетью) до полутора тысяч

дельфинов зараз. А с самолета в одной дельфиньей стае

насчитали как-то сто тысяч голов!

По суше немногие звери бродят такими табунами.

Только некоторые грызуны и копытные топчут землю

многотысячными легионами.

У сухопутных животных широкий диапазон

всевозможных объединений. Каждой их разновидности дано научное

название.

Некоторые звери всегда живут в одиночестве. Таковы

хомяки и многие хищники: леопард, ягуар, оцелот, лисы.

Муравьед тоже аутсайдер, и трубкозуб, и опоссум.

Другие бродят парами: лесные и карликовые антилопы,

олень мунтжак, ящер панголин, из полуобезьян — долгопят

и галаго.

Семьями держатся бобры и гориллы — это называется

патрогинопедиумом. А если самец не живет с семьей, будет

просто гинопедиум, как, например, у медведей. Когда и

мать быстро покидает детей, а братья и сестры долго еще

ходят вместе (так в обычае у лам), получается симпедиум.

Сисимпедиум — это когда объединяются вместе

детеныши разных родителей или разных выводков. Например,

медвежата-сеголетки, которых у нас называют муравейниками,

и пестуны — их старшие братья от предыдущего, так

сказать, брака.

В хорчиных норах тоже находили разновозрастных хор-

чат.

Синхориум — животные только на ночь собираются

вместе (летучие мыши, например).

Сикпориум — кочевые объединения в очень большие

табуны, как у некоторых антилоп и северных оленей.

В стае или стаде обычно есть вожак — старый самец.

либо старая самка.

Неважно, какой пол у зверя, лишь бы был у него опыт,

и тогда станет он вожаком. Избирают не тайным и не

открытым голосованием, а просто каким-то интуитивным

чутьем признают его авторитет и подчиняются.

Но есть животные, у которых вожаки всегда только

самцы: кенгуру, ламы, антилопы канны, сайгаки,

мускусные быки, дикие и домашние лошади — либо только самки:

северные олени, жирафы, водяные козлы, муфлоны, серны,

зубры, дикие ослы.

А летучие мыши, грызуны и сумчатые, кроме кенгуру,