темным пятном — хищник автоматически фиксирует на нем

свой взгляд — и исчезает со сцены, переменив наряд.

Обратите внимание: теперь у него окраска не черная, а белая.

Хитра на выдумки природа.

Смерть мнимая и реальная

О том, что притворство часто спасает жизнь, много

говорить не нужно. Животные, у которых есть такой инстинкт,

выходят без вреда из очень опасных ситуаций. Каталепсия,

или акинеза,— это мнимая смерть, вернее, неподвижность,

имитирующая смерть. Пауки и жуки, прикидываясь

мертвыми, наверное, не раз разыгрывали перед вами

акинетические пантомимы.

Способны на такое и птицы — например, совы и воробьи.

А опоссум — артист, каких мало. Притворяясь мертвым, он

даже с дерева падает и лежит очень долго, как дохлый,

закатив глаза и высунув язык. Столько, сколько нужно, чтобы

обмануть человека или хищника, который не ест дохлятины.

Что неподвижность — хорошее средство от гибели,

доказывают факты. Куница или хорь, забравшись в курятник,

душат всех кур, кроме наседок, тихо сидящих ла яйцах;

замерев, они спасают свои шеи от острых зубов. Пойманный

кошкой воробей цепенеет. А как только заметит, что кошку

его притворство обмануло и она на секунду выпустила его из

когтей, тут же улетает.

Известный исследователь Африки Ливингстон однажды

попал в лапы ко льву. Лев играл с ним, как кошка с мышью.

От страха Ливингстон не мог шевельнуться. И зтот шок спас

ему жизнь: льву неподвижный «чурбан» вскоре наскучил

и он, зевнув, ушел разгонять свой сплин другим

развлечением.

В одном зоопарке случилось, что на сторожа напала

львица. Он замер, не шевелясь и не сопротивляясь. Она

катала его лапами, но не тронула. Единственное ранение

получил догадливый сторож — огнестрельное: полицейские,

которые сбежались к клетке, целясь в львицу, попали в него.

Карл Гагенбек ехал в одном вагоне с купленным им

львом. Ночью лев сломал клетку и, поздравляя себя с

удачей, направился прямо к Гагенбеку. Но тот испортил ему

аппетит, притворившись мертвым. Зверь обнюхал его,

подышал в самое лицо и ушел подальше от «мертвеца» в другой

угол вагона. Там уснул без обеда.

Латинские историки рассказывают о случае, еще более

удивительном. Один римлянин попал в плен к галлам, и они

потребовали, чтобы он выдал разные военные секреты. Тогда

пленный, чтобы под пытками случайно не проговориться, не

притворился, а натурально сделал себя мертвым. Попросил

три минуты на раздумье, сел в угол палатки и, задержав

силой воли дыхание, умер ровно через три минуты.

Не берусь утверждать, было ли это на самом деле или

только легенда и способен ли человек вообще на такое

самоубийство. Другими способами, часто очень

фантастическими, он мастер убивать себя, когда для него жизнь хуже

смерти.

Животные в такую беду, когда лучше умереть, чем жить,

тоже попадают нередко. Как у них с самоубийством?

«Употребляют» ли они его как средство на крайний случай, когда

уже все потеряно?

Нет, никогда! Хотя разных рассказов и легенд о само-

убийстве животных много, особенно в книгах

художественных и исторических. Но наука такими фактами не

располагает. Да это и невозможно, потому что о смерти животные

ничего не знают. Знают безотчетный врожденный страх

перед врагом, перед всем, что непонятно и пугает. Но чем

грозит им этот страх, о дороге в никуда, которая начинается

по ту сторону жизни, они понятия не имеют.

Было время, когда даже серьезные исследователи писали

о самоубийстве животных. Аристотель первым рассказывал

забавную басню о коне, который, совершив неблаговидный

поступок, бросился с горя со скалы.

Через две тысячи лет Наполеон после победы при

Аустерлице получил донесение о лошадином самоубийстве.

Объезжая поле битвы, он заметил коня, который в позе