Шрифт:
забыл запереть беременную тюлениху, и она родила в вольере
у воды. Тотчас же тюлениха схватила аубами своего тюлен-
чика и несколько раз окунула его в. воду. Когда положила
затем на землю, он задышал нормально. С тех пор в
зоопарках самкам тюленей разрешают рожать «на свободе», у
воды, и мертворожденных не стало.
Тюлени, когда кормят малышей, придерживают их
ластами, а медведицы — лапами. Медведица кормит сидя.
Медвежата, когда сосут, ворчат на манер маленького мотора.
Зайчиха тоже кормит сидя, а крольчиха лежа. Дикобрази-
ха стоя (у нее соски на боку). Стоя кормят многие
копытные (но косули часто и лежа) и слоны. У слоних вымя на
груди, и они, когда слонята еще очень малы, встают над
небольшим бугорком, чтобы тем легче было с него дотянуться
до сосков.
Запах главным образом говорит новорожденным
зверятам, где и что сосать. Сделали такой опыт: перед родами
суку вымыли и надушили мятой.
Щенки родились, стали сосать,
потом их забрали и положили рядом
с куском кожи, пропитанной
мятой. Они сейчас же поползли к ней
и, копаясь в шерсти, искали соски.
А от другого куска кожи,
пропитанного ментолом, отворачивались.
Новорожденные зверята все
время мерзнут: у них больше, чем
у взрослых, относительная
поверхность тела. Особенно плохо тем,
которые живут на севере. Белые
медвежат: держат в передних
лапах и дышат на них, дышат; бурые
медведицы в берлогах тоже так
греют медвежат. А когда спят, кладут
их между задними лапами. Там им
совсем тепло.
Мускусные быки, что живут
в снегах Гренландии и Канады, и тибетские яки прячут в
буран телят у себя под брюхом. Косматая шерсть, которая
свисает с их боков до самой земли, не хуже полога защищает
малышей от резкого ветра.
Зайчата — их мать надолго оставляет одних в лесу —
согреваются на солдатский манер: дрожат, бедняги, словно их
бьет лихорадка. В дрожащих мускулах развивается тепло —
тем и греются зайчата. Мать ведь с ними долго не сидит:
покормит несколько раз в неделю (молоко у нее очень
жирное) и убежит по своим заячьим делам. А они, пока совсем
маленькие, дрожат и ждут ее. Хорошо, если другая зайчиха
пробежит мимо и покормит их вне очереди. Такое, говорят,
у зайцев бывает.
Все, конечно, знают, что звери переносят детенышей на
новое место, когда на старом небезопасно. Кошки, собаки и
дикие их родичи хватают котят и щенят зубами за кожу
загривка. Медведи, а иногда львы и тигры, всю голову
детеныша — если он еще очень мал — берут в пасть и за голову
тащат его. В пасти, но не за голову, носят детенышей и
грызуны: белки, зайцы, кролики, мыши. Обезьяны — на груди
(узконосые, что живут в Африке и Азии), а американские
(широконосые) — на спине. Но и африканские павианы,
когда павианчики подрастут, сажают их на спину.
Полуобезьянки обвиваются вокруг «талии» своих мам-полуобезьян,
словно пояс. Но долгопят-полуобезьяна носит долгопятиков
в зубах. По-видимому, утверждают некоторые зоологи, дело
здесь в том, что долгопят зачислен наукой в полуобезьяны
по ошибке—его место среди насекомоядных, которые так же
транспортируют малышей.
На спине носят детей ящер панголин, муравьед, опоссум
и австралийский сумчатый медведь коала (нередко сразу и
новорожденных и подросших прошлогодних, на спинах
которых сидят маленькие). А слоненок первые дни своей
жизни ходит у слонихи под животом, всюду, куда бы та ни шла.
Мамаши-землеройки водят гуськом за собой караваны
детей — так называют иногда эти забавные процессии.
Каждый малютка бежит вплотную за другим, схватив острыми
зубками ва основание хвостика. А если отстанет, то находит
дорогу и догоняет свое семейство по запаху, который
оставляет на земле его мать.
Гибель зверьков