— Как это кто-то может знать чей-то чужой сон? — протянула Эйлонви, словно бы разговаривая сама с собой.— Вот странность! Да, верно, она сломалась, и я падала, падала, падала… Внизу был кто-то, кто поймал меня. Это и был Помощник Сторожа Свиньи, да? Интересно, что стало с ним после?

— Он сейчас здесь, перед тобой,— тихо внушал ей Тарен.— Он долго искал тебя повсюду, бродил по дорогам, которые и ему самому были неведомы. Теперь, когда он тебя нашел, не сможешь ли ты отыскать тропку, ведущую назад, к нему?

Эйлонви поднялась. Ее глаза ожили, впервые в них засветилась какая-то живая мысль. Тарен протянул к ней руки. Она поколебалась, потом двинулась ему навстречу.

Но не сделала и двух шагов, как взгляд се снова затуманился, свет в глазах погас.

— Это сон, не более того,— прошептала она и отвернулась.

— Это Ачрен заворожила тебя! — воскликнул Тарен.—Но больше ей не властвовать над тобой!

Он схватил девушку за руку и силой потащил к окну.

При звуке имени Ачрен Эйлонви одеревенела и вырвалась из его рук. Лицо ее, безжизненное, словно маска вдруг запылало.

—Ты осмелился дотронуться до принцессы из Дома Ллира?

Голос ее стал резким. Глаза загорелись холодным блеском. И Тарен понял, что краткий миг воспоминаний улетучился. Он знал, что Эйлонви надо вырвать отсюда любым способом. С ужасом он подумал, что принцесса сейчас отделена от него невидимой, непроницаемой стеной забвения и нет надежды дотянуться до нее словами, воспоминаниями, мольбой. Он, не раздумывая, схватил Эйлонви за талию и попытался взвалить себе на плечи.

Эйлонви ударила его в лицо с такой силой, что он зашатался. И все же боль он почувствовал не от удара а от её холодного, презрительного, высокомерного взгляда. На ее губах теперь змеилась злобная и насмешливая улыбка. Для нее он был чужим, незнакомым, и от этого сердце его разрывалось.

Он еще раз попытался схватить ее. Эйлонви с криком ярости изогнулась назад и вырвалась.

— Ачрен! — позвала она — Ачрен! На помощь!

Она рванулась к двери, выскочила из комнаты и понеслась по коридору. Тарен схватил тростниковую лампу и помчался следом за убегающей принцессой. Ее сандалии громко хлопали по каменному полу в темноте коридора. Край платья мелькнул и исчез за утлом. Эйлонви не переставая выкрикивала на бегу имя Ачрен. Еще мгновение, и она поднимет на ноги весь замок! Тарен проклинал себя за глупую поспешность. Теперь не оставалось ничего другого, как догнать заколдованную девушку, прежде чем исчезнет последняя надежда на бегство и спасение. Он уже слышал крики и звон клинков там внизу, у стены.

Пламя тростниковой лампы опалило ему руку, и он в сердцах отбросил ее в сторону. Уже в темноте

Тарен не разбирая дороги помчался в конец коридора, а потом по лестнице вниз. На всем бегу он влетел в Большой зал Каер Колюр. Алая дымка рассвета затянула его разбитые и полуразрушенные окна. Эйлонви неслась по этому гигантскому залу, перепрыгивая через вздыбленные и расколотые каменные плиты пола. И снова исчезла в полутьме. Неожиданно чья-то рука вцепилась в полу его куртки и рванула так резко, что Тарен почти откинулся назад. Свет факела полоснул его по глазам.

— Сторож Свиньи! — прошипел Мэгг.

Главный Управитель выхватил кинжал и направил его в грудь Тарена. Тот успел отвести руку и отразить неминуемо смертельный удар. Мэгг взвыл и занес над головой факел, словно меч. Тарен отпрянул назад, пытаясь выхватить свой собственный меч. Крики разбуженных стражников эхом заметались по залу. В следующее мгновение он увидел Гвидиона, за ним, отражая натиск врагов, пятились остальные.

Мэгг, забыв о Тарене, повернулся лицом к Гвидиону и его друзьям. Ффлевддур отшвырнул насевших на него воинов и устремился к Главному Управителю. Грива желтых волос струилась и трепетала за спиной барда. Лицо его сияло яростным восторгом боя.

— Он мой! Паук мой! —кричал Ффлевддур.

Клинок свистел и крутился над его головой. Мэгг при виде неистового барда завопил от страха и попытался ускользнуть. Ффлевддур в мгновение ока оказался рядом с ним, расшвыривая наседавших стражников, направо и налево ударяя плоской стороной меча, словно бы сберегая всю его убойную силу для убегающего Мэгга. Тот, поняв вдруг, что не сумеет спастись бегством, обернулся и со всей силой отчаяния прыгнул на барда, протянув руки к его горлу, и оба покатились по полу.