Они обнялись на прощание и полька ушла. Странный получился разговор. Каждый думал о своем. Графу было важно счастье своего сына, Агнешке требовалось утешение и понимание. Но разве не так происходит в жизни? Люди склонны к эгоизму, этот эгоизм рождается вместе с нами, а когда приходит время, дает первые всходы. Так и сейчас, они преследовали свои цели, но так и остались ни с чем.

В девять вечера полька уже стояла на перроне. Толкая мыском сапога чемодан от скуки, смотрела куда-то вдаль. На асфальте красовались лужи, до ушей доносились звуки паровозных гудков, а в воздухе застыл специфический запах. Обстановка настраивала на путешествие и в душе было бы хорошо, если бы не было так грустно.

Через два часа показался долгожданный состав, он медленно подъезжал к перрону, будто усталый путник, бредущий по дороге. И как только раздался свистящий звук вырвавшегося пара откуда-то снизу, а двери, издав характерные щелчки, открылись, Агнешка поспешила к вагону под номером восемь.

Кто бы мог подумать, что спустя полгода она будет покидать Румынию в траурном платье? Что влюбится в вампира и будет отвергнута. Что найдет себя, а потом снова потеряет.

Она приехала сюда с надеждами и желаниями, а уезжает с пустотой в душе.

Глава 14

— Макс? Ты здесь? — Стеву парил над крышей, высматривая своего друга.

Но тот не отвечал, хотя сидел сразу за печной трубой. Стеву заглянул за нее и обнаружил вампира.

Призрак устроился в метре от него, затем виновато, весьма виновато посмотрел на виконта:

— Еще бесишься? Я же тебе все объяснил. И Агнешку зря прогнал.

— Иди куда шел… — с пустотой в глазах и потерянностью в голосе ответил Макс.

— Я к тебе и шел. На меня можешь злиться хоть сто, хоть тысячу лет, но у нее нет столько времени. Тебе же плохо без нее, это видно.

Однако виконт лишь отвернулся и продолжил смотреть на темный лес.

— Ладно, — с неким разочарованием произнес Стеву. — Можешь сидеть и пялиться в никуда, твое дело. Она была единственной, кто могла бы подарить тебе нечто особенное, то, чего ты искал все эти годы. Но Максимилиан Дракула кретин и эгоцентрик, который прошляпит в своей жизни все хорошее. Бывай!

И призрак ушел, оставив друга в одиночестве.

Макс чувствовал себя скверно. Он полюбил эту невероятно гордую и упрямую польку, но тот поцелуй навел его на очередные мысли о том, что люди слишком слабы эмоционально, они склонны к изменам и лжи. Безусловно, виконт не был моралистом, однако в глубине души мечтал о той единственной, с которой провел бы вечность. Вампир был практически уверен, что где-то по земле ходит его «гений чистой красоты», ему показалось, что это именно она — Агнешка, но как выяснилось — нет. Значит, еще не время.

Агнешка тем временем пыталась уснуть, лежа на верхней полке купе. Но как можно спать, когда все мысли только об одном? Сколько бы сейчас ни было печали и тоски в ее сердце, перед глазами все равно стоял образ Макса.

Через два часа она уснула, а образ вампира медленно перешел из реальности в сон. Только здесь все было иначе, Макс не прогонял, не смотрел свысока, он целовал ее. И кровь стыла в венах от вида сияющих глаз, и по шее пробегали мурашки от острых клыков, которые слегка касались кожи, и сердце билось чаще от предвкушения близости. Еще бы чуть-чуть и она оказалась в его власти, как в дверь купе постучали. Агнешка резко открыла глаза. Сон еще не пропал, то особое ощущение дремы и спутанности сознания будоражило все внутри. Польке показалось, что за дверью он.

И только она открыла ее, как в лицо ударил запах местного самогона:

— Паспорт, пожалуйста, — с полузакрытыми глазами проговорил пограничник.

И тут же все мечты рухнули, сон пропал окончательно, а в носу буквально застрял «аромат» перегара.

— Вот, держите, — протянула Агнешка документ.

Пограничник посмотрел паспорт, вернул, после пожелал счастливого пути и закрыл за собой дверь, а полька рухнула на диван и тихо-тихо прошептала:

— Эх, даже во сне не везет. И чего я ждала все эти годы? И для кого себя берегла? Все равно искренней любви не существует, как и идеальных парней. То призраки, то вампиры, то еще нечисть какая… Агата, Агата… Ты была права, надо жить в удовольствие, а не гоняться за эфемерными чувствами.

А за окном высоко в небе сиял месяц, сейчас он казался дальше и холоднее, чем обычно. Стены купе поскрипывали, слышался стук колес. Агнешка закуталась в шерстяное одеяло, она смотрела на бегущие по потолку тени от уличных фонарей. И снова вернулась тоска, и снова душу окутала печаль.

* * *

С тех пор как двое расстались по причине бессмысленной гордыни каждого, прошло полгода.

Агнешка вернулась в Варшаву, где ее тут же взял в оборот Веслав. Он пытался всеми правдами и неправдами добиться руки упрямицы, а она пыталась сделать все, только бы назойливый ухажер оставил ее в покое. Полька каждый день просыпалась и лежала по полчаса в постели, вспоминала о жизни в замке, она мысленно прогуливалась по длинным коридорам или сидела в кресле и наблюдала, как где-то под потолком копошатся летучие мыши. Славные были времена.

А Макс за эти шесть месяцев успел сменить ровно шесть экскурсоводов. Ни один, а точнее, ни одна из них его не устроила. Он невольно хотел увидеть в каждой Агнешку, но те дамочки были далеки от идеала вампира. И из-за постоянного чувства внутреннего дискомфорта виконт принялся за старое. Дракула младший просиживал ночи напролет в клубах и барах, затем шел в мотель, где утопал в крови юных красоток, предавался утехам, пытаясь утолить жажду. После очередной попойки всегда заседал в кресле на балконе и созерцал свое одиночество. Манжеты и воротник белой рубашки были испачканы кровью, на груди поблескивал серебряный кулон в форме старинного кинжала, а глаза как всегда светились, обмениваясь мистическим сиянием с лунным диском.