Господин Кленау письменно меня пред сим уведомил, что он усилен

был 14 баталионами, пришедшими к нему от разных мест, число

немалое с прежним, чем бы дождаться от стороны Нови

другого генерала Гогенцолерна, с которым он должен был

сделать атаку в одно время, а притом, как слышно было, что

генерал Меллас от стороны Кони будет действие производить на

Ниццу почти в то же время, из всего и открывается, что господии

Кленау поспешил, не дождался, не имея артиллерии, кроме 4

малых полевых пушек, которые он в ретираде и потерял, пустился

атаковать, причем и разбит с большою потерею.

В сем действии атаки господин майор Гамен и господа

офицеры и все солдаты показали отличное мужество и храбрость,

быв употреблены впереди и в тесных местах оставлены

цесарскими войсками, окружены неприятелем, сквозь которого,

пробиваясь на штыках, быв преследуемы, порядком ретировались

к местечку Сестрин, не оставляя раненых, а притом

присовокупляя еще и спасая от плену 48 человек цесарских солдат,

которых я сей же день отправил в Леричи к коменданту, в том

числе раненых 8 человек. О таком происшествии представляю

вашему высокопревосходительству о всеподданнейшем донесении

его императорскому величеству во всемилостивейшую и

высочайшую его волю. При местечке Сестрин я на гребных судах наш

десант перевез на корабли и еще цесарцев вышеписанных 48

человек не без трудности и могу доложить по справедливости,

в сем случае весьма доволен исправностию и усердием к службе

его величества, служащею к чести господ офицеров, отряженных

на судах с их кораблей: «Св. Михаила» мичманов Папы —

Егорова, Трусевича, Щеголева и Иванченкова, «Симеон[а] и Анны»

лейтенанта Жоржа. Сие случилось в ночное и мрачное с

мокротою время, а притом со стороны открытого моря.

9-го числа с кораблями зашел я в порто Сцепию, где сей

получил от господина Кленау уведомление, что он теперь

находится в Специи и следует в Сарзану. Копия с письма его при

сем же представлена.

Послал я волонтера Шелковникова с нотою к французскому

генералу о возврате мне пленных наших с объявлением, что от

нас в разные времена пленные французы были отпущены. Что

получу на сие, буду честь иметь донесть.

При сем случае [доношу, что]господин Шелковников отряжен

был от меня с десантом на берег к сигналам, учрежденным к

согласному содействию с сухого пути и от моря, исправлял с

усердием и довольною исправностию.

Вице-адмирал Пустошкин

По ордеру вашего высокопревосходительства от 30 ноября

под № 5062 высажен я был в десант с вверенным мне

черноморского майора Бриммера баталиона командою с капитаном

Дмитриевым, подпорутчиками Скоробогатовым, Барташем,

Прасолом, Крамаревым, Скляренком и Протопоповым, с пятнадцатью

унтер-офицерами, тремя барабанщиками, двумя фершелами, сто

гранодир и сто фузелер в местечко Кавори, где и явился к

цесарскому господину генерал-майору и кавалеру графу Кленау,

командующему австрийским корпусом, из 15 тысяч состоящего и

следующего для атаки города и крепости Генуи.

Атака долженствовала быть в трех колоннах: 1-ю колонною

с набережной стороны предводительствовал господин полковник

и кавалер барон Даспр; 2-ю колонною предводительствовал сам

господин генерал Кленау, а 3-ю колонною предводительствовал

неизвестный мне полковник. 2 декабря выступил весь корпус

из местечка Кавари и прибыл в Фонтани-Боно. 3 декабря

вторая колонна у местечка Турили атаковала неприятельские

форпосты, разбила и прогнала из шанцов их и преследовала за

неприятелем1 до самых предместий Генуи — местечка Квинто.

4 декабря на рассвете все три колонны подвинулись на вид

Генуи; 3-я колонна в 8 часов поутру начала перестреливаться с

передовыми неприятельскими пикетами, в то ж самое время первая