Вашему императорскому величеству всеподданнейше доношу.

Вице-адмирал Карцов сего числа с ескадрою возвратился из

крейсерства, прибыл в Корфу благополучно. Во время крейсиро-

вания между Сицилией и Барбарским берегом французских

судов, проходивших из Египта и из других мест, никаких не

видал. Каковые ж обстоятельства в Египте последовали, о том

рапортами моими я имел счастие всеподданнейше донесть. Ныне

всевозможное старание употребляю в приуготовлении ескадр,

мне вверенных, ожидаю провианта, такелажа, припасов и

материалов. Между тем на кораблях производятся работы

исправлением. Также фрегат «Поспешный» ескадры вице-адмирала Кар-

цова по оказавшейся в нем великой течи от съедения верхней

обшивки червями разоружается для килевания и в скорости

переменою верхней обшивки исправлен будет. Фрегатов из Неаполя

и из Анконы ожидаю в соединение, и всевозможное старание

употреблять буду выполнять высочайшие вашего императорского

величества повеления

Адмирал Ушаков

Милостивый государь мой, Василий Степанович.

Ваше превосходительство известить честь имею: на сих днях

получил я уведомление чрез письма из Ливорны, что

французский генерал Бертье корпусом австрийских войск между Турина

и Риволи в Пиемонте разбит, а засим сей же час получил изве-

стие из Барлеты, что Генуа сдалась на капитуляцию. Нотицию

уффициале1 о разбитии генерала Бертье и записку, данную мне

от офицера австрийского, прибывшего на судне из Барлеты

в Корфу, о взятье Генуи при сем прилагаю 2. И естли сии

известия справедливы, то Италия от сего времени остается от

неприятеля свободна. Напротив, со стороны Рейна известия есть о

многих выигрышах французами противу войск австрийских; уповаю,

вашему превосходительству со стороны Вены обстоятельства

подробнее уже известны. В прочем с наивсегдашним моим

истинным почтением и совершенной преданностию имею честь быть

Федор Ушаков

Милостивый государь мой, Василий Степанович!

Почтеннейшее письмо вашего превосходительства апреля от

19-го дня я получил. В рассуждении займа денег от Али-паши

или от епископа Янинского чрез переписку генерального консула

Бенаки уведомить честь имею. Я со всех сторон ищу помощи и

чрез господина Бенаки желал и желаю получить; буде можно,

хотя со оной стороны; но сие чрез него, господина Бенаки.

С Али-пашою хотя дружески мы переписываемся, но настоящие

дела его все весьма противны. Он и теперь употребляет себя

всеми силами против христиан, усиливается теперь разорять и

истреблять Шулию, и по известиям начались уже его действия.

Сколь трудно, будучи нам здесь, почти в виду нашем, сносить

таковые истребления христиан. Он всеми силами принуждает их

обороняться, а оборону их считает бунтовскими делами,—

словом сказать, грабит, разоряет их и истребляет. Как уже вам из

моего представления известно, в рассуждении Химары просил

я вашего ходатайства у Порты иметь снисхождение и понапрасну

христианские народы не разорять и не истреблять. При таковых-

то обстоятельствах не знаю я, как обходиться с Али-пашою.

А письма его ко мне бесподобно учтивы, и объясняется всегда

в совершенной дружбе и желании оной. Письмами также

соответствую я ему учтиво, но часто описываюсь по просьбам

обывателей Парги, Превезы и прочих христианских мест. При всем

том надеюсь я, в деньгах, может быть, он бы мне не отказал, но

опасаюсь какой-либо хитрости. Чрез Бенаки прошу присылки

денег сюда за доставление на наш счет, а здесь я векселя и

расписки дам, как угодно. Ежели можно будет получить таким

образом, я приму с удовольствием, но при означенных

последствиях не уверен в точности, могу ли получить. Вот, милостивый

государь, мой ответ. Замечая ваши негодования, что я нуждаюся

в деньгах, все те дальные места, о которых вы напоминать