Джек ужаснулся такому поступку Акумы. Сердце мужчины было каменным.

– Плевать, если я умру, - проревел Акума, - если умрешь и ты!

Он направился на Джека, выхватив мечи с черными рукоятями.

Но Акума не прошел и двух шагов, когда внезапно резко выдохнул и упал на колени. Позади него стояла Натсуко, костлявые руки ее сжались на древке копья.

– Дьявол, как ты, заслуживает такого наказания, - заявила старушка.
– Это за моего сына.

Акума поднялся, Тогэ выступил из ряда и ударил копьем по спине бандита.

– Это за мою жену и ребенка, - крикнул он.

Но Акума продолжал идти к Джеку, собираясь совершить месть.

Другой фермер пронзил живот Акумы.

– Это за мою дочь, Наоко.

Акума отказывался сдаваться.

Один за другим, а там и толпой, жители деревни выдвинулись вперед, чтобы защитить Джека и выместить свои злость и горе. Они называли жертв Акумы. И все били его копьями.

– Мы не должны остановить их?
– сказал Сабуро.

– Я думаю, они сами должны остановить их кошмар, - ответи Джек, когда Черная Луна упал под ударами копий.

Джек и Сабуро вернулись к пруду, где Йори читал молитвы над телом Хаято. Юудай и Миюки стояли рядом, их головы были в уважении склонены.

Когда они приблизились, Юудай взглянул на них.

– Где Нэко?
– спросил он.

Джек взглянул на Миюки, которую расстроило напоминание.

– Она... мертва, - сказал Джек, Юудай помраченл.
– Но если бы не Нэко, Кольца Огня не сработало бы...

Юудай всхлипнул и впервые с того момента, как Джек его встретил, показался ранимым. Печально вздохнув, он сказал:

– Может, Нэко и родилась фермером, но, как для меня, у нее сердце самурая.

Большая слеза скатилась по его щеке.

– И задатки... ниндзя, - добавила Миюки, ее голос оборвался.

Их скорбь прервал Кунио.

– Джек, как думаешь, я могу взять лук и стрелы Хаято?

– Выкажи хоть немного уважения!
– возмутился Сабуро, зло глядя на него.
– Дух Хаято еще даже не ушел, Юудай только что понял, что Нэко мертва.

Кунио побледнел. Хатем показал на что-то позади них.

– Если она мертва, тогда это ее призрак!

Темнеющая фигурка появилась из-за рисового магазина. Ее брови обгорели, вещи были прожжены, но она выглядела живой и невредимой. Все ошеломленно выдохнули ее чудесному появлению. Несмотря на боль у груди, Юудай побежал ей навстречу. Но он не успел добежать и полпути, прогремел выстрел мушкета.

Юудай споткнулся и упал на землю. Нэко издала придушенный крик. Джек и другие искали источник выстрела, а жители деревни бегали в поисках укрытия.

– Наверху!
– крикнула Миюки, указывая на верхушку дозорной башни.

Позади защитного экрана Курочи заряжал мушкет.

Нэко взглянула на то, как Юудай беспомощно корчиться на земле, и убежала прочь.

Джек и Сабуро побежали по площади, чтобы оттащить Юудая в безопасное место, но он был тяжелым. Они тянули его к заднию, когда Курочи снова прицелился.

Но внезапно башня пошатнулась.

Нэко яростно ударила топором одну из поддерживающих балок. Курочи закричал, когда здание покосилось и верхушка полетела во все еще горящий ров. Порох, оставленный бандитом, взорвался... пламя унесло с собой Змея Курочи.

59

СЛЕЗЫ И ПРАЗДНИК

Снег падал на долину Окаяма, как слезы тысячи ангелов. Островки крови, красные и замерзшие, постепенно исчезали под свежим белым покрывалом. Даже ров, почерневший от пожара, утратил цвет и скрылся из поля зрения. Повсюду земля исцеляла себя от дней и ночей сражений.

Это делали и фермеры с юными воинами.

Жители деревни в тишине собрались на площади, чтобы почтить и похоронить своих умерших, пока перед рассветом Йори заканчивал приготовления к погребальному костру.

Когда Джек пересек площадь с Миюки и Сабуро, он заметил вспышку стали на снегу. Красная ткань развевалась на ветру. Склонившись, он поднял брошенный Акумой хачимаки. Кроваво-красная повязка была всем, что осталось от бандита. Но даже она была знаком злости - смутным напоминанием обо всей боли, страданиях и смертях, что Черная Луна причинил.

Попросив друзей подождать, Джек подошел к пруду. Встав на берегу, он бросил хачимаки в прорубь и смотрел, как она тонет бесследно.

Втроем они встретили рассвет и присоединились к Йори у погребального костра. Йори размахивал ладаном над телом Хаято, тихо читая сутру. Хаято был бережно уложен на деревянную площадку, его руки перекрестили на груди, его лук и колчан лежали рядом, а голову перевязывала белая хачимаки. Он выглядел как настоящий умиротворенный воин.