Шрифт:
Седой промолчал…
Проводив чеченца, командующий вернулся, он молча прошел к небольшому холодильнику, стоявшему в углу кабинета, и вынул из него бутылку водки и тарелочку с солеными огурцами.
– Владислав Юрьевич, – сказал он. – Давай-ка рюмки, поднимем по чарочке за успешно проведенную операцию.
Чокнувшись звонким хрусталем, офицеры выпили и захрустели огурчиками.
– Вот же ж, блин, задачка! – вдруг в сердцах обронил Седой. – Надо и рыбку съесть, и на сук не сесть… А так бывает?
– Ты будешь, наверно, первым, у кого бывает! – расхохотался командующий. – А то ты привык в атаку ходить, а тут думать надо…
– Да уж! – вдруг психанул Седой. – Я только тем и занимаюсь, что в атаку хожу!
– Да ладно тебе, Егор. – Генерал добродушно хлопнул Седого по плечу. – Я же пошутил. Что уж, будто не знаю, что ваша группа – это бесценный клад? Не бойсь, я знаю, на что вы способны.
– И на том спасибо, – пробурчал Седой. И без всякого перехода вдруг выпалил: – Нам нужны будут две гражданские тачки! Только заранее предупреждаю: мы их будем бить.
– Сильно? – все еще улыбаясь, спросил командующий.
– Это уж как получится, – ответил Седой, гоняя что-то в уме.
– Ну-ка, ну-ка! – Генерал сразу стал серьезным и внимательным. – Что ты задумал?
– Пока наброски… Черновой вариант… – тихо сказал Седой. – Еще не оформилось… Но додумаю – сработает! Да, еще до выхода нужно будет доставить сюда из располаги Магу Гусейнова и Наиля Сайпудинова. Они мне нужны будут для этой операции…
– Владислав Юрьевич, займись! – Генерал поднялся. – Группе отдыхать. Завтра выезд в 4.00. Вас выбросят с колонной, которая пойдет в обход селения, а вы десантируетесь на подходе. Место определишь сам. Для этого – вот тебе подробный план селения и окрестностей, Лом-Али расстарался…
– Вот это подарок! – Лицо Седого, до этого угрюмое, разгладилось. – За карту спасибо.
– Всё для вас, товарищи разведчики, – широко улыбнулся генерал. И уже серьезно добавил: – Удачи тебе, Седой!
– К черту! – буркнул Седой, шагая к выходу…
Влад отвез Седого на базу, договорившись встретиться с ним в расположении разведчиков в 20.00, и поехал заниматься организационными вопросами.
В боксе Седой сразу прошел в свой угол и долго сидел, разложив на столе карту селения и вычерчивая что-то на ней карандашом. Разведчики знали, что в такие минуты к нему лучше не подходить и не обращаться ни с какими вопросами.
Через час он прошел к висевшей на стене бокса школьной доске, которую притащил откуда-то Кефир месяца три назад. Правда, зам по борьбе с личным составом рембата после того, как у разведчиков появилась эта доска, долго бегал по территории базы и кричал, что все равно найдет «эту гадость», которая утащила доску из учебного класса вместе с мелками и губками для стирания написанного, и «порвет эту гадость, как Тузик грелку». Но доска была нужна при постановке задач, и Седой промолчал…
– Давайте все сюда! – негромко сказал он наконец, и разведчики полукругом расселись на табуретах около доски.
– План в общих чертах готов, – продолжил Седой. – Но нужно додумать кое-какие детали. Сейчас устроим маленький мозговой штурм, чтобы исключить всякие неожиданности при проведении операции.
Итак: в селении, которое на протяжении всей войны соблюдало нейтральную позицию, под нажимом Масхадова будет проведен военный совет с участием всех полевых командиров Западного фронта Ичкерии. Совет-шура начнется послезавтра в 12.00. Воевать нам в селении категорически запрещено: это главное. Мы должны каким-то образом не допустить проведения военного совета, не обозначив при этом своего присутствия и не дав возможности боевикам что-то заподозрить в отношении гражданского руководства селения. Чтобы не терять зря время, я предлагаю захватить на подходе к школе, в которой будет проходить шура, амира фронта. Ну, и его охрану, соответственно. Без командующего фронтом шура, конечно, не состоится. И возникнет легкая паника в стане полевых командиров… Есть другие варианты? – Седой обвел взглядом разведчиков. – Я так понимаю, что нет. Второй вопрос, пожалуй, главный: как амир фронта проникнет в селение? Пойдет ли он через блокпосты, службу на которых несут чеченские милиционеры, или найдет путь нелегального проникновения? Говорите!
– Если селение сохраняло нейтралитет, откуда у амира гарантии, что о проведении шуры не стало известно командованию федеральных сил? – заговорил прапорщик Паршаков. – Тогда в ночь перед шурой посты на «блоках» могут быть заменены на «гоблинов» [16] или «вованов» [17] , и амир попадет в засаду. А зная коварство и хитрость Шамаева, можно с уверенностью сказать, что он обойдет блокпосты и появится в селении неожиданно.
– Нет, через блокпосты – вряд ли, – сказал Кефир. – Дрюня здесь прав. Даже среди чеченских ментов может оказаться один, который, узнав Шамаева, откроет огонь. Амир не станет рисковать, даже если у него есть договоренность с начальником милиции. Ну, и возможность замены личного состава на блокпостах он тоже не будет исключать из факторов риска. В этом случае замена может быть осуществлена скрытно, и его охранники в селении ничего не будут о ней знать.
16
«Гоблины» – на сленге боевиков солдаты воздушно-десантных войск.
17
«Вованы» – на сленге боевиков солдаты внутренних войск.
– Тогда у меня, например, возникает резонный вопрос: а верно ли время, указанное главе администрации, – 12.00? – сказал Седой. – Я думаю, Шамаев появится в селении на рассвете, и шура пройдет, скажем, в 8.00. Таким образом, если даже федералам известно время проведения совета, они начнут форсированно стягивать силы к селению к 12 часам, чтобы не раскрыть преждевременным появлением, которое наверняка будет зафиксировано патрулями «духов», свои замыслы. Так? А к этому времени шура благополучно закончится, и полевые командиры спокойно уйдут. Им нужно-то каких-нибудь час-полтора, чтобы обсудить все вопросы дальнейшей борьбы с нами. Что думаете?