– Снова в Солнечный Выгон? – Ренна даже не попыталась прикрыться.

Коби покачал головой:

– У меня весточка для Люцика.

– На ночь глядя? – удивилась Ренна. – Что такого срочного…

Она заглянула в глаза Коби и встревожилась. В последний раз весточку для Люцика передавали пару лет назад. Его брат Кеннер напробовался эля из чана и вышел за метки. Когда солнце изгнало демонов, сжигать на погребальном костре было нечего.

– Что-то стряслось? – спросила она со страхом.

Коби покачал головой, наклонился и понизил голос, чтобы никто не услышал.

– Отец Люцика помер нынче утром, – по секрету сообщил он.

Ренна ахнула и зажала рот руками. Фернан Хмель был всегда ласков к ней, когда приезжал повидать внучат. Ей будет его не хватать. Бедный Люцик!..

– Ренна! – рявкнул отец. – Живо в дом и прикройся! Здесь тебе не энджирский притон!

Он указал на дверь своим охотничьим ножом с лезвием из милнской стали и костяной рукояткой. Таннер почти никогда не выпускал его из рук.

Ренне был знаком этот тон. Она оставила Коби стоять с разинутым ртом и поспешила в дом. У двери она остановилась, чтобы поглядеть на встречу Харла и Коби у коновязи.

Ее отец был морщинист и сед, но с годами словно стал еще крепче. От полевой работы его жилистые руки бугрились стальными мышцами, кожа задубела. До побега Илэйн Харл хотел выдать Ренну замуж, но после только и знал, что отгонять от нее ухажеров.

Однако Коби был выше Харла и шире в плечах. В Тиббетс-Бруке почти все были мельче его. Хряк выбрал его вестником, потому что Коби всегда был забиякой и никого не боялся, особенно в своих доспехах. Разговора Ренна не слышала, но мужчины обменялись рукопожатием, и Харл что-то уважительно буркнул.

– Что за шум? – спросила Бени, резавшая у очага овощи для рагу.

– Коби Рыбак приехал из Торга, – ответила Ренна.

– А зачем, не сказал? – встревожилась Бени. – Вестники просто так не разъезжают.

Ренна с трудом сглотнула.

– Не успел, папа отослал меня в дом, – солгала она, бросилась за занавеску в своем углу общей комнаты, скинула грязную сорочку и надела платье. Она вышла, шнуруя корсет, и снова поймала на себе взгляд Коби.

– Ренна! Чтоб тебя демоны взяли! – взревел Харл. Девушка снова скрылась за занавеской и привела одежду в полный порядок.

Когда она вернулась, Харл нахмурился:

– Сбегай в поле за Люциком, да задержи мальчишек в сарае. Пришла дурная весть.

Ренна кивнула и выбежала из дома. Люцик проверял меченые столбы на дальнем краю поля у границы почерневшей, выжженной огненными демонами земли.

Кэл и Джейс пололи сорняки рядом с отцом. Младшему было семь лет, старшему – десять.

– Пора ужинать? – с надеждой спросил Кэл.

– Нет, детка. – Ренна взъерошила его русые волосы. – Надо завести животных в сарай. К твоему папе приехали.

– Кто? – спросил Люцик.

– Коби Рыбак с весточкой от твоей мамы.

Люцик переменился в лице и побежал прочь. Ренна отвела мальчиков домой и приставила к работе – переводить свиней и коров из дневных загонов в большой сарай. Сосновую Шишку Ренна отвязала и отвела в маленький сарай за домом, где держали мулов и куриц. Их последняя лошадка померла два года назад, так что одно стойло пустовало. Ренна расстегнула подпругу, сняла седло и узду. Она повернулась за щетками и увидела, что Джейс тянется к копью Коби.

– Ну-ка брысь! Давно розог не пробовал? – Она шлепнула мальчугана по руке. – Вычисти лошадь да задай свиньям корм!

Пока мальчики выполняли поручения, Ренна накормила птицу, то и дело поглядывая на дверь в дом. Девушке исполнилось двадцать четыре, но Харл до сих пор обращался с ней как с ребенком и ограждал от неприятностей так же, как внуков.

Спустя какое-то время Бени просунула голову в дверь:

– Ужин готов. Всем мыть руки!

Мальчики с гиканьем бросились в дом, но Ренна посмотрела в глаза сестре и задержалась. Они с детства могли многое сказать друг другу без слов. Ренна обняла сестру и прижала к груди. Бени разрыдалась.

Справившись со слезами, Бени выпрямилась, вытерла глаза фартуком и вернулась в дом. Ренна глубоко вздохнула и последовала за ней.

За обеденным столом помещались всего шесть человек, поэтому мальчиков отправили есть у очага в общей комнате. Ни о чем не подозревая, они радостно умчались, и через тонкую занавеску, которая разделяла столовую и общую комнату, было слышно, как они смеются и возятся с собаками.

– Выезжаем на рассвете, – сообщил Люцик, когда Ренна вымыла миски. – Без папы и Кеннера Хряк не станет покупать у мамы хмельной эль.