– Кроме тебя, что ли, некому взяться? – Харл с кислым видом строгал конец меченого столба. – Фернан-младший уже почти взрослый.

Фернан-младший был сыном Кеннера, названным в честь деда.

– Харл, Ферни всего двенадцать, – напомнил Люцик. – Он не сможет управлять пивоварней.

– А твоя сестра? – не унимался Харл. – Пару лет назад она вышла за кого-то из рыбаков.

– За Джеша, – подсказал Коби.

– Рыбак есть рыбак, – возразил Люцик. – Он умеет снимать чешую и потрошить, но ни демона не понимает в пивоварении.

Он взглянул на Коби.

– Без обид.

– Да какие обиды! Джеш больше выпьет, чем сварит.

– Ты бы помолчал, – рявкнул Харл. – Говорят, Хряк взял тебя на посылки, когда ты не смог рассчитаться с долгами за пиво. Может, тебе самому засесть в пивоварне и отрабатывать выпивку?

– А ты наглый, старик, – нахмурился Коби и привстал со скамьи. Харл тоже поднялся и ткнул в его сторону длинным охотничьим ножом.

– Я бы на твоем месте сидел на заднице ровно, парень, – прорычал он.

– Недра вас побери! – Люцик треснул кулаком по столу.

Тесть и гость удивленно посмотрели на него, и Люцик сверкнул глазами. Он был ростом с Коби и побагровел от злости. Все сели на места, и Харл вновь принялся яростно обстругивать столб.

– Стало быть, ты нас бросаешь, – сказал он. – А как же ферма?

– Все посажено. Вы с Ренной справитесь с прополкой и мечеными столбами, а когда придет пора жатвы, мы с сыновьями вернемся. Еще и Ферни захватим.

– А на следующий год?

Люцик пожал плечами:

– Не знаю. Приедем, посадим. Возможно, я оставлю одного из мальчишек на лето.

– Я-то думал, мы одна семья, парень, – сплюнул на пол Харл, – но похоже, в сердце ты всегда был Хмелем.

Он отодвинулся от стола.

– Поступай как знаешь. Забирай у меня дочь и внуков. Но моего благословения не жди.

– Харл… – начал Люцик, но старик отмахнулся, потопал к себе в комнату и хлопнул дверью.

Бени накрыла сжатый кулак Люцика ладонью:

– Он не хотел.

– Ах, Бен, – Люцик печально положил сверху свою, – еще как хотел.

– Идем! – Ренна схватила Коби за руку и потянула со скамьи. – Оставим их в покое и поищем тебе в сарае пару одеял да чистое местечко.

Коби кивнул и направился с Ренной за занавеску.

– Твой отец всегда такой? – спросил он, когда они вышли из дома.

– Он воспринял это лучше, чем я ожидала.

Ренна подмела в пустом стойле. Солнце село, и подземники с криками и вспышками испытывали метки на прочность. Животные привыкли к шуму, но все равно нервно переминались, инстинктивно понимая, что их ждет, если метки подведут.

– Люцик только что потерял отца, – заметил Коби. – Харл мог бы с ним и помягче.

Ренна покачала головой:

– Отцу наплевать на всех, кроме себя.

Она прикусила губу, вспоминая, каково им приходилось до переезда Люцика.

Устроив Коби в сарае, Ренна вернулась в дом. В общей комнате Люцик объяснял сыновьям, что случилось. Девушка бесшумно проскользнула мимо в комнату Бени. Сестра складывала свою одежду и немногочисленные пожитки.

– Возьми меня с собой, – напрямик сказала Ренна.

– Что? – удивилась Бени.

– Я не хочу остаться с ним наедине. Я не могу.

– Ренна, о чем ты… – начала Бени, но Ренна схватила ее за плечи.

– Не притворяйся, будто не понимаешь! Ты прекрасно знаешь, как он себя вел до переезда Люцика.

Бени зашипела, вырвалась и затворила дверь.

– Да что ты знаешь? – возмущенно прошептала она. – Ты всегда была маленькой. Тебе не приходилось терпеть…

Она умолкла. Лицо ее исказилось от злобы и стыда.

Ренна выразительно опустила взгляд на свой вырез:

– Бени, я больше не маленькая.

– Так перевяжи грудь, – посоветовала Бени. – Хватит разгуливать в одной сорочке. Не мельтеши у него перед глазами.

– Это его не остановит, и тебе это известно.

– Рен, прошло почти пятнадцать лет. Ты не знаешь, как он поступит.

Но Ренна знала. В глубине души у нее не оставалось ни малейших сомнений. Она видела, как отец смотрит на нее, как шарит по ней взглядом, словно жадными руками. С чего еще он отваживал от нее кавалеров? За ней многие приударяли, когда она была помоложе. Теперь никто не осмеливался.