Шрифт:
– Полиция! Кто тут?
Тишина. Какая-то неестественная тишина. Почуяв неладное, Пикар расстегнул кобуру и принялся методично обходить комнату за комнатой. Нигде никого. Только это давящее на нервы молчание. Наконец Пикар вернулся в переднюю. Изящно изогнутая лестница вела на второй этаж. Полицейский стал подниматься по ступенькам. На этот раз он держал револьвер наготове. Вскоре Пикар очутился в длинном коридоре со множеством дверей. Все захлопнуты, кроме одной. Пикар подошел, заглянул в спальню и побелел как полотно.
– Mon Dieu! «Бог мой! (фр.).» – охнул он, сгибаясь в приступе рвоты.
Несмотря на раннее утро, в здании полицейского управления на бульваре Стори собрались хмурые, невыспавшиеся люди. Было всего пять часов, многих подняли с кровати и, не дав опомниться, привезли в мрачный, серый с желтым особняк.
– Ну, так что тут у нас? – осведомился инспектор Поль Кайе.
– Имя жертвы – Жан-Клод Паран, – доложил дежурный полицейский Гай Фонтейн. – Многочисленные ножевые ранения. Кроме того, труп оскоплен. Коронер утверждает, что убийство произошло три-четыре часа назад. Мы нашли в кармане смокинга счет из ресторана “Павильон”. Доказано, что вечером Паран там ужинал. Пришлось поднять с постели хозяина ресторана.
– И что же?
– Мсье Паран был в “Павильоне” с женщиной. Некая Тони Прескотт. Брюнетка, весьма привлекательная, говорит с английским акцентом. Управляющий ювелирным магазином мсье Парана заявил, что днем владелец приводил женщину, отвечающую полученному описанию, и представил ее служащим как Тони Прескотт. Он подарил ей дорогое кольцо с изумрудом. Кроме того, эксперт считает, что мсье Паран перед смертью вступал в половое сношение женщиной, а орудием убийства послужил нож для разрезания бумаг со стальным лезвием. На нем обнаружены отпечатки пальцев. Мы отправили нож на экспертизу в нашу лабораторию и ФБР. Ждем результатов.
– Надеюсь, вы задержали Тони Прескотт?
– Non.
– Почему?
– Не смогли найти. Проверили все городские отели, подняли наши досье и досье ФБР. Ни свидетельства о рождении, ни номера полиса социального страхования, ни водительских прав.
– Невероятно! Могла она за это время скрыться из города?
– Вряд ли, инспектор, – покачал головой Гай Фонтейн. – Аэропорт закрывается в полночь. Последний поезд отбыл вчера, в пять тридцать пять вечера. Мы разослали приметы женщины на автовокзал, в две таксофирмы и в компанию, которая сдает напрокат лимузины.
– Черт возьми, что тут творится? У нас ее имя, приметы и отпечатки пальцев! Не могла же она попросту раствориться в воздухе?!
Оказалось, могла. Вопреки всем надеждам и заверениям Тони Прескотт так и не удалось разыскать. Мало того, ФБР подтвердило, что в их картотеке не значатся ни такое имя, ни отпечатки пальцев. Убийце, если она действительно была убийцей, удалось скрыться.
Глава 8
Дней через пять после возвращения из Квебека Эшли позвонил отец.
– Я только что прилетел, детка. Даже душ принять не успел.
– Прилетел? – недоуменно повторила Эшли. – Ах да, твой аргентинский пациент. Ну как он?
– Жить будет.
– Я рада.
– Все это пустяки, крошка, самое главное: у тебя есть время, чтобы завтра приехать в Сан-Франциско? Поужинаем вместе.
Эшли тоскливо поморщилась. При одной мысли о том, что придется что-то объяснять отцу, на душе становилось тревожно. Но что тут поделать?
– Хорошо, – вздохнула она.
– Увидимся в восемь в ресторане “Лулу”!
Эшли, со свойственной ей пунктуальностью, вошла в ресторан ровно в назначенное время. Она уже сидела за столиком, когда в дверях появился отец. Заметив восхищенные взгляды посетителей, девушка чуть поежилась.
«Он словно впитывает чужое поклонение, без этого, наверное, вмиг состарился бы! Богат, красив, знаменит… Неужели пошел бы на такой риск лишь ради того…»
– Ну вот и я, родная. Прости, что немного запоздал. Жаль, что наш рождественский ужин не состоялся.
– Мне тоже, отец, – обронила Эшли и, чтобы занять чем-нибудь руки, взяла со стола меню и уставилась на ровные строчки, ничего не видя, пытаясь собраться с мыслями.
– Что будешь заказывать?
– Я…, я не слишком голодна.
– Нужно побольше есть, дорогая. Ты слишком худа. Так и заболеть недолго.
– Я возьму цыпленка.
Отец подозвал официанта, а Эшли затравленно смотрела на них обоих, не зная, как лучше заговорить о том, что так ее мучило.
– Понравился тебе Квебек?