– Не возражаете, если я перезвоню?

– Конечно. Запишите номер.

– Я не заставлю вас ждать.

– Не сомневаюсь.

Харви повесил трубку, но тут же вскочил и нажал кнопку переговорного устройства:

– Передайте мистеру Кинкейду, что я хотел бы немедленно с ним поговорить.

Поскольку Джозеф Кинкейд весьма благоволил бухгалтеру, умевшему подладиться к старшему партнеру, то и аудиенция была дана немедленно.

– Что у вас, Харви?

– Мне звонил Дэвид Сингер, мистер Кинкейд. Он только что купил пентхаус и требует шестьдесят тысяч из пенсионного фонда, чтобы заплатить залог. По моему мнению, мы вовсе не обязаны давать ему деньги. Он в отпуске и не…

– Интересно, знает ли он, какое дорогое удовольствие содержать эти пентхаусы?

– Вероятно, нет. Так я передам ему, что мы не сможем…

– Наоборот. Отдайте ему деньги. Харви от изумления раскрыл рот.

– Но мы не…

Кинкейд предостерегающе поднял руку:

– Нужно помочь ему вырыть себе могилу, Харви. Едва он заплатит этот залог, считайте, мы заполучили его с потрохами и навсегда!

– Дэвид? Это Харви Юделл. У меня хорошие новости. Хотя, как сами знаете, вы слишком рано забираете деньги из пенсионного фонда, на сей раз мы готовы сделать исключение. Мистер Кинкейд разрешил дать вам все, что пожелаете.

– Мистер Краудер, это Дэвид Сингер.

– Я ждал вашего звонка, мистер Сингер.

– Залоговая сумма вам отправлена. Получите завтра.

– Превосходно. Правда, я уже говорил, что на этот пентхаус немало претендентов, но что-то подсказывает мне: вы просто идеальные жильцы для этого гнездышка. Желаю вам счастья и благополучия.

«Все, что для этого необходимо, – с десяток свершившихся по мановению волшебной палочки чудес, и тогда, возможно…»

Эшли Паттерсон предъявили обвинение в Высоком суде округа Санта-Клара на Норт-Фест-стрит, в городе Сан-Хосе, штат Калифорния.

С самого начала в этом деле возникли чисто бюрократические сложности, и поэтому переписка между представителями закона заняла несколько месяцев. Загвоздка состояла в том, что преступления совершались в двух странах и двух американских штатах, и поэтому было неясно, где именно следует судить убийцу по совокупности предъявленных обвинений. Поэтому в Сан-Франциско съехались Гай Фонтейн из Квебекского департамента полиции, шериф Даулинг от округа Санта-Клара, детектив Иген из Бедфорда, штат Пенсильвания, капитан Редфорд из полицейского управления Сан-Франциско и Роджер Toyленд, начальник управления полиции Сан-Хосе.

– Мы бы хотели судить Паттерсон в Квебеке, – начал Гай Фонтейн, – поскольку имеем неопровержимые доказательства ее вины. У нас она никоим образом не сорвется с крючка.

– Видите ли, мсье Фонтейн, – вмешался Иген, – мы тоже располагаем достаточно вескими уликами. Джим Клири – первый, кто пал ее жертвой, и поэтому, согласитесь, у нас есть все права на пальму первенства.

– Все это верно, джентльмены, – возразил капитан Редфорд, – и вне всякого сомнения, мы все можем доказать ее виновность. Но три из пяти убийств произошли в Калифорнии, поэтому здесь позиция обвинения будет куда сильнее.

– Согласен, – кивнул шериф Даулинг. – И, кроме того, два случились в округе Санта-Клара, так что не взыщите, она наша.

Спор продолжался более двух часов, и в конце концов оппоненты все же согласились с мнением шерифа. Достаточно, если Паттерсон осудят за убийство Денниса Тиббла, Ричарда Мелтона и помощника шерифа Блей-ка. Остальные два могут и подождать, все равно преступницу ждет электрический стул.

В день предъявления обвинения Дэвид стоял рядом с Эшли.

– Собирается ли защита ходатайствовать о смягчении приговора? – спросил судья.

– Ваша честь, мы просим признать подсудимую невиновной на основании того, что она страдает психическим заболеванием.

– Ясно, – кивнула судья.

– Ваша честь, если это возможно, мы просим на время процесса освободить обвиняемую под залог. Прокурор немедленно вскочил:

– Ваша честь, мы категорически возражаем! Ответчица обвиняется в трех зверских убийствах, и ей грозит смертный приговор. При первой же возможности она покинет страну.