Толпа вновь приветственно закричала, но тут встала Серай – грациозно, как делала всё.

– Ещё раз назовешь меня древней, принц Конлан, и я вызову тебя на дуэль. – Она улыбнулась. – И форму выбирать буду я.

На короткое мгновение Серай исчезла. Вместо неё перед ревущей от восторга и топающей ногами толпой предстал саблезубый тигр. Минуту спустя элегантная принцесса вновь появилась и заняла своё место за столом. Конлан отвесил ей глубокий поклон, одновременно ухмыляясь в сторону Дэниела. Похоже, принцесса не даёт своему вампиру расслабиться.

– Когда-то, пока Атлантида дрейфовала на волнах океана, мы были великой цивилизацией. Сегодня мы вернёмся в мир, и глаза всего человечества, всей земли, будут направлены на нас. – Он посмотрел на лица тех, кого так любил. – Мы продолжим то, что начали наши предки ещё одиннадцать тысяч лет назад. Атлантида примет активное участие в мировой экономике, станет ценным партнером в международной политике и – самое главное – мы продолжим работу, которую мои воины и сегодня выполняют, спустя столько тысячелетий с того момента, как Посейдон дал нам это задание. – Конлан махнул в их сторону рукой, и вся Семёрка, ученики и воины семи островов встали. – Потому что теперь, наконец, пророчество сбылось, и мы будем стоять на страже человечества, что бы ни готовило нам будущее. Воины, ко мне, – закричал он, и все они устремились к нему, обернулись к толпе и вместе повторили клятву:

– Мы будем ждать. И наблюдать. И защищать.

Служить первой защитой в битве против уничтожения человечества.

Тогда и только тогда Атлантида возродится.

Как воины Посейдона, отмеченные Трезубцем, мы несём службу. Исполняя священную обязанность – охранять человечество.

– Мы ждали, наблюдали и защищали, – сказал Конлан, – и теперь Атлантида возродится!

Будто по команде, раздался оглушительный шум, и Атлантида зашаталась, затряслась, словно от ударов громадных волн или как от столкновения с препятствием. Все смотрели вверх, ведь впервые за жизнь бесчисленных поколений над куполом Атлантиды сияли лучи настоящего солнца. Мощным рывком купол вырвался из-под воды и продолжал подниматься вверх, пока все Семь Островов вновь не оказались на поверхности океана.

Все ждали и, казалось, даже дышать боялись. Несколько мгновений и Конлан опасался, что купол повреждён, что он не откроется, но внезапно тот распахнулся сразу с нескольких сторон, как лепестки гигантского хрустального цветка, и Атлантида предстала перед миром.

И мир был готов к встрече. Конлан взвился вверх в виде тумана и осмотрелся. Со всех сторон были видны сотни кораблей, вертолётов, самолётов, даже один дельтаплан с самодельным транспорантом «Добро пожаловать на свет, Атлантида!», выведенным яркими синими буквами.

Конлан медленно спустился на землю, чтобы рассказать об увиденном, его люди вновь начали восторженно что-то кричать, а в поле зрения появились первые вертолёты, по громкоговорителям запрашивающие разрешение на посадку для приветствия.

– Мы сделали это, – сказала Райли, крепко прижимая к себе Эйдана.

– Да, – согласился Конлан и обнял их обоих. – Готова немного побыть Верховной принцессой Райли?

– Ага, только хрустальные туфельки захвачу, – отозвалась его супруга, и вместе они шаг навстречу своему будущему.

Квинн часами бродила по Атлантиде. Исследовала её, наслаждалась праздничным настроением окружающих, с восторгом ощущала, как бриз с океана касается лица, а лёгкая клаустрофобия рассеивается без следа. Аларик был занят, Райли тоже, у всех нашлись какие-то дела, встречи, только не у неё, но Квинн это не смущало. Ей требовалось время обдумать, что происходит с жизнью и карьерой.

Не меньше времени нужно, чтобы осознать факт смешения душ с магом, верховным жрецом Атлантиды, который, определённо, и в кровати был волшебником. При одной только мысли об этом щёки Квинн запылали, но она решительно проигнорировала лёгкую боль между бёдер. После стольких лет воздержания они с Алариком дорвались до сексуального пиршества, так что Квинн ощущала некоторые побочные эффекты. В итоге она бродила по городу с блаженной улыбкой на лице, точно школьница, впервые в жизни влюбившаяся в мальчика. Это оказалось не только совершенно необычно для неё, но и вызывало смущение.

Сегодняшний день был солнечным и ясным, прекрасная погода для внезапного возвращения потерянного континента. Квинн продолжала идти, не задумываясь о цели, просто наблюдая. Атлантийцам настолько нравилось на свободе после стольких лет заточения под толщей океана, что, куда бы ни падал взгляд Квинн, повсюду она видела, как люди смеются, обнимаются, а в особенно выдающихся случаях и поют. Всё казалось настолько прекрасным, что Квинн поймала себя на желании запеть и расхохоталась при этой мысли.

Внезапно налетел холодный ветер, по коже побежали мурашки от тяжелого предчувствия надвигающейся опасности, которое должен был бы ощутить только эмпат, но Квинн заметила, как окружающие вздрагивают и пододвигаются ближе друг к другу, настороженно осматриваясь по сторонам.

При первых признаках неприятностей, когда по спине прошла дрожь, Квинн опустила эмоциональные щиты, чтобы попытаться понять, что происходит. Сначала пришли обычные чувства: люди были взволнованы и хотели узнать больше о новом мире, большинство из них уже отбросили раздумья о неприятном ветре, посчитав его внезапным порывом с океана, который, в конце концов, был почти каждому из них незнаком.