– Как по-твоему, Посейдон вообще знает, что Атлантида возродилась? – спросил Конлан.

Тихий звук предупредил их о движении, но предпринимать что-то было слишком поздно, и удар чёрной магии бросил атлантийцев лицами об пол.

– Он не узнает, пока вы все не умрёте, – заорала Анубиза.

Аларик поднял голову и увидел, как за спиной парит создание из ночных кошмаров – сплошные кости и расплавленная плоть, – готовясь выпустить смертельный заряд магии. Жрец обратился к своей силе, но она не ответила.

Он выжег всю свою энергию, орудуя трезубцем, и теперь эта ошибка будет стоить им всем жизни.

Нет. Только не Квинн. Где-то в глубине своего естества он нашел резерв, о котором даже не догадывался, и встал, размахивая мечом чистого серебряного света. В то же самое время как будто из ниоткуда к Анубизе побежала маленькая фигурка, выпуская в вампиршу одну пулю за другой.

– Нет уж! – закричала Квинн.

Когда Анубиза повернула голову к новой угрозе, клинок Аларика описал дугу сверкающего серебряного огня и отсёк голову вампирской богини.

Тело Анубизы превратилось в спираль из чёрного маслянистого дыма и исчезло.

Аларик шагнул к Квинн, которая бросила пистолет на пол. Металл лязгнул о мрамор.

– Твой великолепный отвлекающий манёвр спас нам жизнь, – сказал Аларик, затем поднял любимую и поцеловал так, что у неё захватило дух.

– Думаю, это твоя магия спасла жизнь нам и всей Атлантиде, – ответила она, когда вновь смогла говорить.

– Мы все сделали это, – возразил Аларик. – Вместе.

Конлан подошел к голове Анубизы, которая медленно исчезала у стены.

– Если бы я был одним из своих предков, то выставил бы её на пике на стенах замка.

– Она это заслужила, – фыркнул Джастис.

– Но кто захочет смотреть на её уродливую физиономию? – спросил Вэн. – Если мы закончили бороться с демонами, вампирами и другими психами, желающими нами поживиться, пойду найду свою женщину.

– Свою женщину? – спросила Эрин, входя в комнату. – Правда? Мы искали тебя полчаса. – Она огляделась вокруг. – Почему ты здесь? Решил передохнуть?

– Они убили вампира, – сказала Райли, входя в комнату с Эйданом на руках.

– Справедливости ради, это была вампирша. Анубиза наконец мертва. А ещё мы прикончили демона и его братьев, – добавил Вэн, притягивая Эрин в свои объятия.

Кили вбежала в комнату и направилась прямо к Джастису.

– Больше никогда, никогда не делай этого.

– Не делать чего?

– Ты чуть не умер. Я почувствовала, – сказала она, прежде чем его поцеловать.

– Это было не нарочно. Но теперь мы знаем, что сможем спокойно спать, – сказал Кили Джастис. – Не верится, что она, наконец, мертва.

– Кто тут уберёт? – поинтересовалась Эрин, указывая на два чёрных маслянистых пятна на полу – всё, что осталось от головы и тела Анубизы.

– С каких пор Аларик стал супер-свето-меном? – спросила Кили.

– Потом поговорим, – пообещала Квинн. – Остались ещё вампиры, которых надо убить?

Кили покачала головой, растрепав рыжие волосы.

– Нет. Должно быть, Анубиза контролировала их, так как примерно в то время, когда вы, вероятно, убивали её, остальные растаяли и исчезли. Всё. Единственный живой вампир в Атлантиде – это Дэниел, и поверь мне, он убил свою долю подданных богини.

– У него тоже есть особая причина ненавидеть её, – сказал Аларик.

– Всё в прошлом, – подчеркнула Квинн. – У него была особая причина, поскольку злобная богиня вампиров мертва!

Аларик поймал её, когда она бросилась в его объятия, повернулся и пошёл к выходу.

– Не зовите меня и не стучите в нашу дверь, по крайней мере, двадцать четыре часа, – попросил он, обернувшись через плечо.

– Ты сказал «наша дверь», – улыбнулась Квинн.

– Ты же не думаешь, что сможешь теперь от меня отделаться? После того, как я видел тебя с этим мечом? Думаю, это потрясающее приспособление для новой работы садовницы. Тебе очень пойдёт широкополая шляпа, – смеясь, сказал ей Аларик.

Когда они покинули дворец, и жрец взмыл в воздух, направляясь к окну своей комнаты в храме, она поняла, что он сказал.

– На самом деле, я не люблю такие шляпы. Я одеваюсь по моде.

– Вовсе нет.

– Да.

– Квинн, для меня ты самая красивая женщина в мире, и я люблю тебя, но ты выглядишь так, словно нашла свою одежду в мусорке у бездомного.

– Тогда ты не захочешь, чтобы я покупала красный лифчик и трусики, – сказала она, опуская ресницы и поглядывая из-под них на Аларика. – Ну как, соблазнительно?