схватил кувалду, готовый нагнать мастера.

— Не надо! — отец крепко держал его за плечо.

— Собака! — гневно произнес Ацамаз.

Услышав ругань, мастер остановился и потряс рукой:

— Смотри у меня, быстро сведу в полицейский участок.

— Собака! — в исступлении выкрикнул Ацамаз.

— Считай, что ты получил расчет,— мастер торжествующе засмеялся и пошел.

— А-а! — застонал в бессильной злобе Ацамаз.

— Пойдем, сын мой, проживем, теперь нас двое в доме,— Знаур слегка подтолкнул сына в спину, и они зашагали по шпалам.

* **

Иванна стояла на коленях у белой мраморной плиты. Слез не было.

Каждую весну Иванна приходит к Бабу.

Погладила Иванна мрамор, встала. Сын вел ее под руку. У подножья он оглянулся: на вершине Шипки возвышался памятник воинам.

А над Шипкой чистое голубое небо...