— Думала, мы тебя не найдем? — прошептал Самюэль, нагнувшись ко мне. — Ромашка, у тебя слишком приятный сверхъестественный запах, по которому тебя можно выследить.

— Ммм, прилагаешь большие усилия, выискивая меня, учитывая, что мы, к великому несчастью, учимся в одной школе? — прошипела я, убедившись, что свидетелем этого разговора является только Кас — Великий Сминатель Бумажек!

Он опустил ручку ниже — к месту, где выпирала застежка от лифчика, и я напряглась, боясь шелохнуться. Не дай бог тот нелепый случай повториться…

— Когда ты мне, наконец, покажешь свои лепестки?

— Что? — протянула я.

Это был пошлый подтекст. Определенно.

— Не страшно ли умереть девственницей?

Откуда он в курсе, что я… ну, никогда не имела тесных связей с парнями?

Я нахмурилась так сильно, что мне мог бы позавидовать любой мопс.

— Знаешь, нет. И да, поверь, тыкать своей тычинкой во все, что движется, неудачная идейка. Советую тебе воздержаться от конъюгации, сорняк, пока это не привело к кое-чему неприятному, — на его волне ответила я, чувствуя себя по-настоящему крутой. — Перестань размахивать своим стебельком.

Я не знала точно, имел ли многочисленные половые связи Самюэль, но судя по его поведению, предполагала, что так оно и было. Тем более, в тот раз он оживленно обсуждал тему презервативов — о чем вообще речь?

Парень тихо засмеялся, убирая чертову ручку от меня.

— Ты просто хочешь, чтобы я бросил свое семянышко к…

— Мистер Раш! — не выдержал нашу болтовню учитель и резко повернулся. — О чем таком интересном вы там говорите, хотелось бы знать?!

Я густо покраснела, отодвигаясь от Самюэля. Парта уже врезалась в мой живот, а я все равно продолжала отдалять свой стул от него.

— О… о растениях.

Кас развалился на стуле, неодобрительно глядя на нас. Кошмар, он, похоже, слышал, о чем мы беседовали. Самюэль неожиданно положил руку на мое плечо и коварно улыбнулся.

— Да. Именно о растениях, — подтвердил Самюэль, опуская руку к лямке моего лифчика. Ей богу, если бы на нас не пялился учитель, я бы сломала его клешню!

— Извольте заметить, эту тему вы всегда можете обсудить после уроков, но никак не сейчас, когда мы говорим об оплодотворении! — высказался учитель, возвращаясь к доске.

Кас громко хрустнул костяшками пальцев, и Самюэль ухмыльнулся, будто специально подползая ближе ко мне.

— Итак, как насчет поговорить о «садоводстве» после уроков, ромашка?

Одно прозвище сменилось на другое. То была Мисс Сладкая Попка, сейчас — ромашка. По крайней мере, это звучит немного лучше, в отличие от первого.

— Иди. К черту. — Я встряхнула его руку со своего плеча и с искренним ужасом уставилась на Каса, который места себе не находил, наблюдая за нами. Что может быть хуже жнеца, желающего тебя убить? Правильно: похотливый жнец, жаждущий твоей смерти.

— Какая ты скучная.

Когда Стэйси и Тара принялись переписывать с доски таблицу, нацарапанную учителем, я уловила на себе взгляды Ворона и Кэма. Причем, парни смотрели на меня с дружелюбием и даже… помахали в знак приветствия. Я вздернула брови. Допустим, они не хотят меня кокнуть, тогда…

— Что они тут делают? — я повернулась на стуле к Самюэлю.

Он ехидно ухмыльнулся, поглядывая в сторону друзей.

— А кто послал меня к черту?

Я, что есть злости, сомкнула челюсть и прошипела, с хлопком опустив ладони на парту сзади, отчего его глупая улыбка достигла пика идиотизма.

— Ответь на мой вопрос!

— Окей. — Вау. Великое одолжение! — Они мои друзья, и я хочу проводить с ними больше времени.

Да ну?

Я театрально удивилась. Пока мистер Грайс порхал возле своего стола, я схватила тетрадь Самюэля, где криво были нарисованы… голые девушки с неестественными пропорциями — какой же он извращенец! — и кинула «произведение искусства» в Ворона и Кэма под недовольный возглас его обладателя. Кас наверняка гордился моим поступком, чего я, к сожалению, не могла знать, так как наблюдала за летящей тетрадкой, которая, в конечном итоге, заехала амбалу в лицо. Тихий стон пронесся по классу.

— Ай! Детка, ты чего творишь?

— Это за тот случай на кладбище!

Ворон схватился за нос и согнулся в три погибели, будто я его конкретно покалечила. Крови нет, значит, все хорошо. Зачем драматизировать? Когда Самюэль захохотал, силач запульнул в него учебником по биологии. К несчастью, книга не попало в яблочко — Раш увернулся.

— Говорите, чего приперлись сюда! — требовательно шикнула я.

Самюэль сложил руки на груди и приготовился к шоу. Раз он не говорит, расспрошу его любимых дружков.