До скалы, о которой говорил Бабурака, добрались довольно быстро. Она действительно была словно выглажена огромным утюгом на расстоянии одного саскича от поверхности. Впрочем, это заметил не один Андрей.

— Ты смотри, какая гладкая! — удивился Легкий, подойдя вплотную и проведя перчаткой по поверхности.

— Это все краграмнолы вытерли, — пояснил Бабурака и, кивнув в ту сторону, откуда слышался треск продирающейся сквозь кустарник туши, разъяснил подробнее: — Чешутся о камни, а у них чешуя, что твой наждак, — все под ноль стирает. — После чего развернулся и махнул подтягивающимся членам команды: — Давайте ближе сюда. Сейчас лидера будем наверх закидывать.

«Закидывать», как выяснилось, означало действительно закидывать. Четверо бродников встали в круг, зацепившись руками, на сцепку встал Андрей, после чего все громко проорали: «Раз-дватри-ДАВАЙ!», с последним вскриком швырнув его вертикально вверх. Андрей вскинул руки и, еще в полете, зацепился за каменный выступ, потом подтянулся, укрепился, уперся ногой, другой, выбросил вверх левую руку и пополз вверх по скале…

Первым же кандидатом, которого представил ему Руб, оказался бродник весьма странного вида. Он был одновременно похож на земного негра или, как их теперь именуют в толерантных странах, «черного» (хотя в чем разница, Андрей особенно не понимал, поскольку «негр» — это то лее, только слегка перековерканное, слово «черный», но на испанском, а не на английском), а с другой… на фэнтезийного орка. Даже кожа его была хоть и густо черной, но такой… с прозеленью.

— Вот, знакомься, Кузьмич, это самый лучший «нос» на всем нашем горизонте — Бабурака. — И Кинжальник едва заметно подмигнул. Ценный кадр, мол, не упусти.

— Рад знакомству, Бабурака, — кивнул Андрей, пожимая протянутый кулак. Каких только видов и форм приветствий не встречалось в Коме, но тот или иной контакт через руки были наиболее распространен.

— Мы тут с Бабуракой кое-что обсудили, пока ты возился с Кумлой, — небрежным тоном продолжил Кинжальник, всем своим видом показывая: он не просто не допускал сомнений в том, что его лидер с легкостью расправится со своим противником, но и удивлен, отчего тот не сделал это куда быстрее. — И я обещал ему помощь в приеме в нашу команду.

Андрей окинул стоящего перед ним бродника испытующим взглядом и негромко спросил:

— А насчет того, что я только что грохнул твоего прежнего лидера, есть претензии?

— Да я бы его сам грохнул, если бы смог, — глухо отозвался Бабурака. — Такая гнида был…

— Что ж тогда ты оставался в его команде?

— Потому что Кумла сразу предупредил, что из его команды можно уйти только ногами вперед, зло бросил бродник. — И не только сказал, но и сМог наглядно показать всем, что это отнюдь не просто слова.

— Во-от оно ка-ак… — раздался из-за спины землянина недобрый голос Ушема. — Знаешь, парень, после того, как поговоришь с Куйзмитчем, подойди ко мне. Мне надо задать тебе парочку вопросов…

Краграмнол, здоровенная тварь, на взгляд Андрея чем-то напоминающая земных варанов с острова Комодо, но раз в двадцать побольше, показался спустя три-четыре орма после того, как землянин занял позицию наверху скалы. Тварь выбралась из зарослей, проломив целую просеку в жестком кустарнике, покрывающем эту местность. Его жесткие и толстые ветки раздирали даже прочную ткань комбезов, а острый сучок был способен оставить глубокий шрам и на шлеме, но этому монстру подобный кустарник был нипочем. Впрочем, брюхо, покрытое куда более мелкой и не столь прочной чешуей, краграмнол старался волочь по утоптанной тропе, а не по зарослям. И не то чтобы ветки могли ее прорвать — эту «мелкую и не столь прочную» чешую, по рассказам Бабураки, не каждый клинок брал, — но Твари, похоже, было просто неприятно цепляться брюхом за сучки… Так что он вышел именно там, где и указывал Бабурака. Андрей, уже давно приготовивший «булыгу», подобрался…

Кроме Бабураки, в состав их команды вошел еще один бродник из бывшей команды Кумлы — земляк Гравенка по имени Угрувк. Он был сильным «тяжем», к тому же, в отличие от Тушема, на данный момент абсолютно здоровым и с необходимым вооружением, что им в предстоящей охоте было совсем нелишним. Впрочем, расскажите мне про охоту, в которой «тяж» окажется лишним?.. Угрувк, так же как и Бабурака, оставался в команде больше из-за угроз Кумлы, чем по собственному желанию. С остальными желающими, а их после дуэли оказалось неожиданно много, и не только из бывшей команды Кумлы, решили пока погодить. Как сказал Руб — посмотрим, как там пройдет первый рейд в увеличенном составе, прикинем, какие твари нам по зубам, а уж затем и решим, стоит увеличивать команду или пока нет.

А вечером, когда увеличившаяся команда Андрея, всем своим новым составом изрядно поднабралась в баре, его самого отозвал в сторонку Ушем.

— Вот что, Куйзмитч, — негромко начал он, после того как Андрей, поняв, что разговор будет серьезным, пару раз прогнал через себя волну хасса, что резко снижало ощущения опьянения и прочищало мозги, — я тут пообщался с бродниками из команды Толстого. Похоже, у него было довольно солидное прикрытие. Кто точно, я пока не накопал — Кумла очень серьезно шифровался, и остальным известно немногое. Но по всему выходит, кто-то из торговых корпораций. Причем из

сильных, то есть тех, которые уже подгребли под себя поселения на первом-втором горизонте. Так что я рекомендую тебе на верхние горизонты пока не соваться, — он помолчал, а затем более решительно добавил: — А то и вообще на них не соваться. Судя по тому, что творил этот урод, — прикрывали его сильно. Значит, Кумла был задействован в каких-то далеко идущих планах, и его смертью ты поломал игру очень серьезным дядям. Так что будь осторожен… Лучше вообще слиняй из поселения на ближайшие саус-два или даже побольше. А я тут пока покопаюсь и еще серьезных мужиков подключу. Надо выяснить, что такого торгаши затевают, что их ставленники позволяют себе так бродников гнобить… И чем им можно хвост прищемить. Ты меня понял?