Андрей молча кивнул.

А на следующий день, проспавшись, они снова засели в баре всем обновленным составом и принялись думать, куда идти. Тем более что в связи с дуэлью и предшествующими ей событиями решения о том, куда и на кого идти, так принято и не было. Да и ситуация изменилась: в команде появился полноценный «тяж» и весьма сильный «нос», так что теперь имелся резон замахнуться на куда более опасную добычу, чем ски назад. И уйти на подольше, благо деньги для закупки расходников на более длительный рейд теперь были. Опять е, Ушем советовал…

И вот после почти двух часов обсуждений, прикидок и споров Бабурака предложил сходить на краграмнола — могучую тварь с восьмого горизонта, сложно убиваемую даже специально снаряженной командой охотников, состоящей из «троек». Причем добираться до тех мест, где она обитала, надо было не менее сауса. А с учетом того, что идти предстояло на восьмой горизонт, где они вообще пока ни разу не были, — так и все два…

Тварь впечатляла — не менее пары саскичей в длину, около пяти в ширину и больше трех скичей высотой, с иссиня-черной чешуей, венчиком из пяти глаз и пастью, в которой вполне поместился бы мотоцикл с коляской…

— Такой бы мордой — да медку хлебнуть [2] , — криво усмехнувшись, пробормотал Андрей, разглядывая выбравшегося из зарослей монстра. Тварь на мгновение остановилась, а затем величественно-неторопливо подползла к скале и… принялась с довольным урчанием тереться об нее боком. Андрей подождал еще пару мгновений, приноравливаясь к мелкому сотрясению скалы, затем осторожно приподнялся на коленях, натянул жгут рогатки, прицелился и выстрелил… А в следующее мгновение едва не полетел кувырком прямо на голову твари от мощного удара хвостом, которым краграмнол звезданул прямо по скальному пальцу.

— АРЫЫЫ-ГР!!! — ревела тварь, вопя во всю глотку и раз за разом наносяудары по вовсю трещавшей скале своим массивным хвостом. Если бы не заранее отрегулированные звуковые фильтры, землянин уже катался бы по скале, зажимая ладонямиуши, из которых вовсю хлестала бы кровь от разорванных барабанных перепонок. Но Бабурака оказался знатоком привычек твари, поэтому к подобному звуковому удару все были готовы, что, конечно, хорошо. А плохо было то, что «булыга», на которую и был весь расчет, похоже, не нанесла твари особенных повреждений. Судя по тому, что Андрей сумел разглядеть, применив «око» и одновременно пытаясь удержаться на верхушке скалы, цепляясь за массивный выступ (тот уже начал трещать и раскачиваться, причем вовсе не в унисон с остальным скальным массивом), концентрация хасса в верхних слоях чешуи твари практически не упала. Так что стрелять в нее из того оружия, которое имелось у команды в настоящий момент, было совершенно бесполезно. И что делать? Ситуация была не патовой, а полностью безнадежной. Рано или поздно краграмнол разрушит скальный палец, после чего землянин однозначно перейдет из категории «внешнего раздражителя» в категорию «пища». И на этом всё. А остальные ему ничем помочь не могут: едва только они откроют огонь, Как сразу же, безо всяких переходов, окажутся Все в той же категории «пища». Попытка бежать

сквозь заросли тоже заранее обречена на провал — Бабурака предупредил (да они и сами уже успели в этом убедиться), что этот чертов кустарник сдирает с бродника комбез и снарягу, как проволочная щетка — старую шерсть с собаки или лошади. Десяток-другой шагов — и ты голый! А пробовать сбежать по тропе в одну или другую сторону… ну, может, парочка и уцелеет. Пока краграмнол будет хавать всех остальных. Потому что все траектории выдвижения к началу проходов в кустарнике, ведущих на тропу, были в радиусе доступности пасти твари. А как быстро этот монстр умеет реагировать на «внешние раздражители», было понятно по тому, как он среагировал на выстрел Андрея.

— АРЫЫЫТРЫЫРР!!! — взревел краграмнол и, отведя хвост подальше, вмазал по скале с оттягом. Выступ, за который держался Андрей, громко хрустнул и… покатился к краю. Землянин, едва успев его отпустить, заскреб перчатками по камню и… со всхлипом выдохнул, замерев в неустойчивом равновесии. Он практически уже смирился с тем, что при следующем ударе его просто снесет со скалы в пасть твари… а затем, повинуясь какому-то странному наитию, извернулся и прыгнул вперед, падая на спину и обеими ногами изо всех сил пихая остановившуюся на самом краешке каменюку. Та медленно и величественно перевалилась через этот край…

Несколько мгновений ничего не происходило, а затем скалу потряс еще один удар, только отчего-то гораздо более слабый, чем предыдущие. Андрей вскочил на ноги, выхватил рогатку и, изготовив ее к стрельбе, осторожно выглянул за край… после чего поспешно спустил натянутый жгут.

— А-ЫЙЫЙ-ЫЙ-ЫЙ-А-а-а-а-а-с-с-с… — сначала взревела, а затем заверещала тварь. И почти сразу же в нее начали бить выстрелы остальных бродников команды. Землянин же еще несколько мгновений обессиленно наблюдал, как монстр бьется под залпами его сотоварищей, или, если уж быть точным, соратников, а затем устало рухнул на край скалы и, свесив ноги вниз, дрожащей рукой принялся расстегивать защелку шлема. Этого в Коме делать ОЧЕНЬ не рекомендовалось. Особенно на восьмом горизонте, да еще вблизи от пока что не убитой и такой могучей, как краграмнол, твари. Но ему было жизненно необходимо вдохнуть воздуха полной грудью, а не через респиратор шлема…

Когда Андрей, с трудом удерживаясь за выступы и выемки в изрядно покоцанной скале, даже не спустился, а прямо-таки сполз на землю, Бабурака, подхвативший его у самой поверхности, уважительно покачал головой:

— Да, Кузьмич! Ты действительно крутой. Я уж Думал, нам конец, а тывон как все рассчитал…

Андрей криво усмехнулся. Правда состояла в том, что он ничего не рассчитывал. То, что получившая по башке камнем тварь кинулась на скалу, в ярости раззявя пасть, было абсолютной случайностью. Как, кстати, и то, что он сам в тот момент оказался в положении изготовки к выстрелу по Неи очередной «булыгой». Ну и уж тем более абсолютной случайностью было то, что он попал-таки этой своей «булыгой» прямо в пасть — дорожащими-то руками и с заливаемыми холодным от ужаса потом глазами…