– Превеликий Создатель, – сдавленно прохрипел Типат. – Дикари умеют писать? Умеют читать?

Читать и писать – очень, очень, очень важные умения. Похвастаться ими могут далеко не все купцы, коллеги по ремеслу. Чего уж говорить о простых крестьянах и ремесленниках, которые и двух букв накарябать не могут. Грамотность возвышает образованного менга над необразованной чернью. Недаром в своё время, служа в доме витуса Акуномо, пришлось заплатил звонкой монетой старому пройдохе Кевке за обучение письму и чтению. Но оно того стоило.

А тут! Что же получается? Типат протёр глаза. У дикарей СВОЯ письменность! Не переиначенный на варварский лад алфавит благородного иссари, а свой собственный. Но… Откуда? Как? Каким образом? Дома точно никто не поверит.

Шелест открывающейся двери вывел из оцепенения. Типат тут же соскочил со стула. В кабинет, подняв края красной накидки, вошёл здоровенный дикарь с гладко выбритым лицом. Ровный по-весеннему слабый загар покрывает не только нос и щёки, но и подбородок. На груди почти такая же броня из кожи и медных пластин как и у того богато одетого воина на сторожевой башне.

Повелитель дикарей по-хозяйски закинул шлем на небольшую полочку слева от входа, а накидку с расстёгнутой золотой цепочкой небрежно повесил на вешалку под полочкой. Типат сощурил глаза. И у этого дикаря на правом запястье блестит массивный тёмно-синий браслет. Повелитель дикарей глянул пронизывающим до костей взглядом. Типат сглотнул, желание начать разговор первым пропало начисто.

– Приветствую вас на нашей земле, утус, - повелитель дикарей заговорил на великолепном иссари, даже ещё лучше, чем тот богато одетый воин на башне. – Если вы пришли к нам с миром, с добрыми намерениями, то с миром и вернётесь домой.

– Благодарю вас, витус, - Типат вежливо поклонился.

Типат смутился от собственной оплошности. Вежливый поклон, да ещё «витус» к дикарю? Как-то само собой получилось. Типат, желая скрыть смущение, продолжил:

– Позвольте узнать ваше имя, витус?

И во второй раз «витус» вылетело из горла не только совершенно естественно, а ещё и помимо воли. Как будто именно так и должно быть.

– Меня зовут Саян, Саян Умелец. А каково ваше имя, уважаемый?

– Ласс Типат, сын Ламина.

– Ну вот и познакомились.

Руку для приветствия повелитель дикарей не подал – настоящий благородный. Просто прошёл мимо и сел на стул за письменным столом. Типат так и остался стоять по средине кабинета. Садиться без разрешения вышестоящего в его присутствии, да ещё в его кабинете – грубейшее нарушение этикета. За такое, в лучшем случае, на конюшне выпороть могут.

– Прошу вас, утус Типат, присаживайтесь, - витус Умелец показал на стул.

Едва Типат присел на указанный стул, как витус Умел заговорил вновь.

– Прежде, чем переходить к условиям мирного торгового обмена, считаю необходимым указать на малую, но очень важную деталь, которая в будущем может вызвать немало недоразумений.

Типат вежливо кивнул. Мало того, что повелитель дикарей говорит на великолепном иссари, так ещё и выражается, как самый настоящий благородный.

– Видит ли…, у нас, у людей, нет фамилий. Не доросли ещё, так сказать. Моё имя Саян. Умелец всего лишь прозвище. А отчества у меня нет совсем. Я не зачат смертным мужчиной и не рождён смертной женщиной. Великий Создатель привёл меня в этот мир уже взрослым и наделил бессмертием. Так что прошу не обижаться, если вдруг назову вас ненароком утус Ласс, ведь это ваше имя? А фамилия Типат?

– Вы совершенно правы, - согласился Типат. – А к вам, если я правильно вас понял, следует обращаться «витус Саян».

– Именно так, – разрешил витус Саян. – С формальностями разобрались, а теперь к делу.

Важный благородный, чья пышная словесная вязь маскирует отсутствие смысла, исчез. Вместо него появился деловой правитель чудного города-крепости возле подножья Великого Столба.

– Провести обмен товарами за один день мы всё равно не успеем.

Витус Саян откинулся на спинку стула. Указательный палец повелителя дикарей, подчёркивая серьёзность сказанного, стукнулся по столешнице.

– Вам всё равно придётся провести у нас в гостях как минимум одну ночь. Заодно дадите вашим гребцам отдохнуть. И так: вы остановитесь на правом берегу Апеса, напротив нашей Южной сторожевой башни. Там небольшая прямоугольная делянка. Она, правда, изрядно заросла молодым лесом, но это не важно. Вас никто не тронет, это я вам обещаю. Вы на моей земле.

Но прежде ваш струг осмотрит наш отряд из десяти воинов. Таможенная проверка, так сказать. Мы должны убедиться, что вы действительно прибыли к нам торговать. А вы, в качестве заложника, пока останетесь здесь. Если на вашем судне мы действительно найдём товары, а не полсотни воинов, то обмен состоится.