12. Поручить тт. Ванникову, Вавилову, Курчатову, Первухину и Александрову в месячный срок представить на утверждение Совета Министров СССР план работы Института физических проблем, предварительно обсудив его на Научно-техническом совете Первого главного управления при Совете Министров СССР».

Под «Выпиской» стояло две подписи: И. Сталина и Управляющего делами Совета Министров СССР Я. Чадаева.

Через месяц Л. Берия информирует Сталина о том, что Институт физических проблем переключен на выполнение работ по «Атомному проекту». От руки он вписывает в документ, что будут вестись экспериментальные работы по обогащению шестифтористого урана изотопом-235 методом термодиффузии в жидкой фазе, работы по получению тяжелой воды из жидкого водорода, а также теоретические исследования.

30 ноября 1946 года Сталин утверждает план работ Института. Его распоряжением лаборатория А.П. Александрова со всем персоналом, оборудованием и материалами переводится из Ленинграда в Москву.

Александров и Капица работали раньше в одном институте, да и Учитель у них был один — академик А.Ф. Иоффе. Но теперь отношения между двумя учеными стали подчеркнуто официальными. Капица так и не смог простить Александрову, что тот согласился возглавить «его родной институт». А разве у него был иной выбор?!

Не ведал Капица, что 19 августа 1946 года Александров направил письмо Берии:

«В Институте физических проблем имеется единственная в СССР и лучшая в мире лаборатория по исследованию свойств вещества при температурах, близких к абсолютному нулю.

В этой лаборатории был выполнен ряд крупных научных работ, в числе которых — работа по сверхтекучести жидкого гелия.

Для работы в новом направлении эта лаборатория может быть использована только в очень малой мере.

По моему мнению, следует предоставить акад. Капице возможность продолжать научную работу в этой лаборатории.

Я уверен, что при обещанной Вами поддержке мне удастся организовать коллектив института таким образом, что присутствие акад. Капицы не будет вызывать каких-либо затруднений.

Кроме того, его работа может быть в достаточной мере изолирована от работы других лабораторий.

Такое решение этого вопроса мне представляется наиболее целесообразным с деловой точки зрения, с точки зрения сохранения роли института в этой области мировой науки и, по-видимому, может быть полезно еще и тем, что не даст возможности возникнуть в иностранной прессе разным кривотолкам по поводу отстранения Капицы».

Письмо было доложено Сталину. Ответ был отрицательным…

Александров не мог рассказать Капице о своей инициативе, а тот так и не узнал о письме — оно рассекречено лишь недавно, когда ни Александрова, ни Капицы уже не было в живых. Возможно, по-иному сложились бы отношения между двумя великими учеными, если бы секретность пропастью на многие годы не разделила их…

Петр Леонидович Капица «вычеркнут» из «Атомного проекта», он отправляется на свою дачу, в Москве практически не бывает. Берия его не трогает, на то есть запрет «Хозяина», который привык получать письма от Капицы, да и строптивый характер ученого почему-то нравился Сталину. Однако Капица Сталину не пишет, не жалуется на свою судьбу.

Но в августе 1948 года Капица не выдерживает:

«Товарищ Сталин.

Уже два года, как я лишен возможности полноценно научно работать.

За это время из хода развития мировой техники становится все очевиднее, что моя точка зрения на проблемы интенсификации кислородом основных отраслей промышленности (горючее, металл и пр.) как на наиболее крупную из современных задач в развитии техники народного хозяйства становится общепризнанной…

Я хорошо понимаю, что, пока я поставлен в положение «опального ученого», которого сторонятся, которому боятся помогать и пр., я не могу думать о том, чтобы искать широких поприщ для моей научной работы, и должен ограничиваться тем, чтобы пытаться успешно ее вести в одиночестве и в скромных масштабах…»

Сталин не ответил.

Капица будет обращаться и к другим руководителям страны — Маленкову, Микояну, Жданову, потом вновь напишет Сталину, но положение его не изменится.

Только после смерти «вождя всех времен и народов» П.Л. Капица вернется в свой родной институт, сделает ряд блестящих работ, станет дважды Героем Социалистического труда, получит все самые престижные премии, в том числе и Нобелевскую.

Иногда в узком кругу он будет показывать некоторые письма, которые он направлял Сталину.

Однажды я попросил показать хотя бы одно ответное…

— Молодой человек, — улыбнулся великий ученый, — вам следует знать, что злодейство не терпит свидетельств.