АЛЬФОНСО. Ни с того, ни с сего? Ну, тогда ты вовсе ничего не понимаешь. История с донной Кьяриной, по-твоему, пустяк?

МАТИЛЬДА. А он-то откуда знает?

АЛЬФОНСО(сухо). Знает.

МАТИЛЬДА(уверена, что поймала его с поличным). Это ты ему все сказал.

АЛЬФОНСО. Сказал. Ведь нельзя сразу огорошить человека перед фактом. Надо осторожно подготовить его к этому.

МАТИЛЬДА(не сомневаясь). Как только профессор сошел с поезда, ты тут же сообщил ему столь приятную новость. (С чувством отвращения из-за того, что муж оказался таким сплетником). Мадонна, какое же ничтожество мой муж! Извините, Кьяри, я ухожу, не хочу больше портить себе кровь.

КЬЯРИНА(в растерянности). А что же нам делать?

АЛЬФОНСО. Не волнуйтесь, все уладится, вот увидите, все-все уладится.

МАТИЛЬДА(не в силах больше сдерживать свои чувства, взрывается). Что уладится, если ты даже вовремя не сообразил, что нельзя говорить о таких вещах профессору!

ФИЛУЧЧО(за ним Гаэтано, входя слева). Что случилось? Профессор не появился?

МАТИЛЬДА. Нет. Потому что мой муж выложил ему все начистоту.

КЬЯРИНА(испуганно). И что же делать?

ФИЛУЧЧО. Ну… теперь все равно уже дело сделано. Надо кто-нибудь спуститься и уговорить его подняться сюда.

ГАЭТАНО. Мне неловко.

ФИЛУЧЧО. Мне тем более.

МАТИЛЬДА(властно, имея в виду мужа). Спустится он. И хоть сейчас подержи язык за зубами!

АЛЬФОНСО(парирует). К нему сейчас лучше не приближаться. Он злой, как тысячи чертей.

ГАЭТАНО. Хорошо, но нельзя же оставить его там, у дверей.

ЛОРЕНЦО(за сценой, нормальным тоном комментирует то, что нередко отмечается в его доме). Опять входная дверь открыта.

Все смотрят на Кьярину. Она страшно испугалась, услышав голос брата.

ЛОРЕНЦО. Постоянно один и тот же непорядок в моем доме. (Слышно, как сильно стучит входная дверь, словно кто-то энергично хлопнул ею). Мариетта!

МАРИЯ(после короткой паузы входит слева). Что прикажете. (И быстро уходит направо).

ЛОРЕНЦО. Дверь на лестницу должна быть закрыта на замок.

МАРИЯ. А разве она была открыта?

ЛОРЕНЦО. А как я, по-твоему, вошел, через окно? Кретинка!

МАРИЯ. Я была на кухне.

ЛОРЕНЦО. Что за дурацкий ответ! Почему, раз ты на кухне, входную дверь можно не закрывать?

МАРИЯ. Синьорина Кьярина тоже иной раз оставляет ее приоткрытой.

ЛОРЕНЦО. Так или иначе, но тебя я предупредил. Возьми эти чемоданы и отнеси в мою комнату.

Кьярина начинает плакать и быстро уходит налево как раз в тот момент, когда Лоренцо входит справа, а за ним Мария с чемоданами.

ЛОРЕНЦО. Вот и я. (Приветливо улыбаясь, обращается ко всем). Дорогие друзья, профессор приехал.

Мария, пересекая комнату, быстро уходит с чемоданами налево.

ЛОРЕНЦО. Дон Альфонсо был так любезен, что встретил меня на вокзале, а донна Матильда, проявила исключительное внимание, составив компанию Кьярине. И я сердечно благодарю вас за это! Америка великолепна… Если бы я не затосковал там, то остался бы еще на семь месяцев или даже на целый год… У меня немало интересного, что хотелось бы рассказать вам. Но все это куда менее важно, чем та новость, какую вы должны сообщить мне. (Внимательно посмотрев на Гаэтано). Вы — дядя Филуччо и пришли поговорить со мной об этом деле, так как у вашего племянника не хватает мужества сделать это самому.

ГАЭТАНО. Совершенно верно.

ЛОРЕНЦО. Дон Гаэтано…

ГАЭТАНО. Гаэтано Каннаваччуоло к вашим услугам.

ЛОРЕНЦО(учтиво). Сделайте милость. (Указывая на Филуччо). Вот там стоит отец моего племянника, который должен родиться через четыре месяца (Филуччо не решается поднять взгляд). Уже и акушерка приходила, верно?

МАТИЛЬДА. Но этого мой муж не мог вам сказать, потому что он даже не знал об этом.