Бриммер не мог знать, что посещение молодого человека – следствие звонка Сун Ли из Боунфиш-Ки доктору Чуаню. Ли упомянула о нью-бедфордской аномалии. Она сказала своему учителю, что этот медицинский курьез имеет прямое отношение к ее работе и что она собирается побывать в Нью-Бедфорде и повидаться с продавцом антикварных книг Бриммером.

Следуя инструкциям, доктор Чуань передавал все подробности разговоров с молодой женщиной-эпидемиологом. Через несколько минут в общественный клуб в китайском квартале Бостона пришел приказ побывать в магазине Бриммера. И вскоре главарь местного отделения «Призрачных дьяволов» зашел в его магазин и сказал, что ищет судовой журнал «Принцессы» за 1848 год.

А теперь явились двое из НУМА.

Бриммер не знал, что происходит, но для торговца нет ничего лучше соперничества между покупателями. Он начнет действовать и сделает несколько звонков. Он соберет со всех трех участников авансы и предложит им что-нибудь другое. Приманивать и хватать он умеет. В последнее время дела шли неважно, а тут обстоятельства сулили прибыльный день.

Бриммер не знал, что это будет его последний день.

Трауты вышли из полутемного магазина на солнечный свет и поднялись на Джонни-Кейк-Хилл к Сименс-Бетел. Бросили несколько купюр в ящик для пожертвований и зашли в старую церковь китобоев. Кафедра в последние годы была переделана и напоминала корабельный нос, как во времена Германа Мелвилла.

Пол дождался, чтобы вышли несколько туристов, и обратился к Гаме.

– Что думаешь о Бриммере.

– Что он скользкий старый угорь, – ответила она. – Мой совет – не надеяться, что он нам что-нибудь найдет. Он возьмет первый попавшийся судовой журнал, подделает дату и попытается продать нам.

– Заметила, как изменилось у него лицо, когда мы упомянули журнал капитана Доббса за 1848 год?

– Не могла не заметить! Дружелюбие как рукой сняло.

Пол смотрел на мраморные таблички, развешанные по стенам; на них были написаны имена капитанов и матросов, погибших в далеких морях и океанах.

– Эти старые китобои были крепкие ребята, – сказал он.

– Некоторые оказались крепче прочих, – заметила Гаме, – если верить рассказу Сун Ли о бедфордской группе.

Пол поджал губы.

– Это медицинское диво – мостик из прошлого в настоящее. Я бы хотел прочесть статью, которую Ли написала в Гарварде.

Гаме достала из сумочки смартфон.

– Помнишь имя профессора Ли в Гарварде?

– Как я мог забыть? – с улыбкой ответил Пол. – Его зовут Кодмен.

– Траут… Код… Почему почти у всех жителей Новой Англии «рыбьи» фамилии? [42]

– Потому что наши отцы не ценители вин, – съязвил Пол.

– Тише! – сказала Гаме.

Она набрала в строке поисковика «медицинский факультет Гарвард», добавила фамилию «Кодмен» и позвонила по номеру, появившемуся на экране. На звонок ответил мужчина, назвавшийся Лисандером Кодменом.

– Здравствуйте, доктор Кодмен. Меня зовут доктор Гаме Морган-Траут. Я подруга доктора Сун Ли. Надеюсь, вы ее помните.

– Доктора Ли? Как я могу забыть эту выдающуюся молодую женщину? Как она поживает?

– Мы виделись вчера, и у нее все было хорошо. Она работает с моими коллегами из НУМА, но вспомнила статью, которую написала в Гарварде и представила вам. Статья имеет отношение к некоему медицинскому феномену… так называемой «нью-бедфордской аномалии».

– О да, – подтвердил Кодмен. Гаме слышала, как он усмехнулся. – Весьма необычная тема.

– Мы сказали Сун Ли, что будем по соседству, и она попросила нас с мужем взять экземпляр статьи. Свой оригинал она потеряла.

У профессора не было причин хранить в тайне работу одного из сотен аспирантов, прослушавших его курс, но он сказал:

– Обычно я не храню работы аспирантов, но тут тема была такая необычная, что я сохранил статью в своей «Книге мертвых» – так Чарлз Форт [43] называл утверждения, которые нельзя ни доказать, ни опровергнуть.

Гаме показала большой палец Полу.

– Большое спасибо, профессор. Если удобно, мы будем у вас примерно через час.

Она ввела в свой «Блэкбери» адрес кабинета Кодмена, и они с Полом вышли из церкви и направились к машине. Через несколько минут они уже выехали из города и двигались на север.

По громкой связи послышался голос пилота.

– Жаль будить вас, друзья, но мы приближаемся к Понпеи и через несколько минут сядем. Пожалуйста, пристегните ремни.

Остин зевнул и посмотрел на Завалу, который мог бы спать и в землетрясение. Потом посмотрел в окно на посадочную полосу на острове Декетик и на милю мощеной дороги, соединявшей этот остров с главным. Небо было чистое, если не считать редких облаков.

– Добро пожаловать на Бали Хай, – сказал Остин Сун Ли, которая, проснувшись, терла глаза.