– Это не твой эксперимент, – сестрица, чтоб ей сесть на костер голым задом, как ни в чем не бывало продолжала разбирать компьютер. Я пробежалась взглядом по комплектующим и заметила не меньше десятка глубоких царапин.

– Встань и смотри мне в глаза, когда я с тобой разговариваю, – я с трудом сдерживала злость, понимая, уже понимая, что сама виновата. Не очертила четко границы.

Лилай вздрогнула, выронив отвертку, медленно встала и развернулась ко мне лицом, прижимая уши и поджимая хвост. Взглянув мне в глаза, она еще больше сжалась.

– Ты понимаешь, почему нельзя трогать чужие вещи без разрешения? Или мне и это тебе объяснить? – чуть более мягким голосом спросила я.

– Понимаю... – пробормотала сестра, смотря в пол.

– И? – я склонила голову набок. – Почему я прихожу в свою лабораторию и вижу, как ты разбираешь мой компьютер? Мне тебе четко очертить все границы дозволенного? Я могу, поверь мне, мне не жалко потратить месяц на составление полного списка правил.

Рыжая молчала.

Я, тяжело вздохнув, покачала головой, развернулась и ушла. На самый верхний уровень, где прямо сейчас, по моему желанию сформировалась комната с потолком, имитирующим лунную ночь.

Здесь я села у стенки, вытянув одну ногу и согнув в колене другую. Тишина и красивая картина звездного неба, каким его помнил Дмитрий, успокаивали и умиротворяли.

«Мы в ответе за тех, кого приручили».

– И кого создали, – пробормотала я, касаясь затылком холодной стены.

Я создала Лилай. Хотела разнообразия в жизни. Я получила разнообразие, но не такое, какое ожидала – скорее слабо контролируемый хаос. Но в то же время – это полностью моя ошибка, ведь так? Это я неправильно задала параметры, неправильно что-то спроектировала...

Нет, не так. Вернее будет сказать, я переоценила свои возможности в оценке ситуации. Можно описать поведение практически любого живого существа, разумного в том числе, с помощью алгоритмов, уравнений, логических выражений. Но нельзя описать жизнь и ее течение. Можно лишь предполагать, в какую сторону будет происходить развитие. И то, шанс на ошибку слишком велик.

Я тяжело вздохнула и, подняв ладонь на уровень глаз, начала ее рассматривать, словно впервые в жизни.

Пятипалая конечность, похожая на человеческую строением и пропорциями. Только покрытая коротким серым мехом и тупыми черными когтями вместо ногтей.

Дмитрий не предполагал, что будет выбран Артасом для переброски в другой мир. Более того, он даже не думал, что эти другие миры существуют. Тем более что существует выдуманный им на досуге мир, с айанэ, Сиррэн, войнами, космическими полетами.

А он существовал. Да, не такой, как он придумал, и отличий было немало. Но все же, был велик и процент совпадений. Дмитрий Трапов даже не задумывался, что такое возможно, и даже осмеял бы того, кто начал бы доказывать обратное.

Теперь нет Димы, исчез, его разум развеян, осталась только память. Его и о нем. Осталась я, Силай нэй Тэраен, воплощение равновесия. Одна из четырех сестер, и одна из четырех, что существует буквально с создания этого мира. Или нет? Я до сих пор не знаю, создавали ли мои сестры этот мир, или просто нашли какой-то другой, куда и перешли, забрав и меня, и Дрейва. Я бы даже сказала, что эти события равновероятны.

Я с силой провела ладонью по лицу, взъерошила и пригладила короткий мех. Ха, вот уж действительно, дилемма. Морда у меня, или лицо? С одной стороны, лицо, но с другой стороны – моя голова практически идентична волчьей. Разве что пропорции чуть другие. Я даже пошевелила ушами, просто так. Захотелось почувствовать, как работают мышцы.

– Силай? – в комнату, прижимая уши, заглянула рыжая. – Не помешала?

– Нет, – я прикрыла глаза. Чему она могла помешать? Самокопанию?

– Я говорила с Абжи... – проговорила Лилай и замолкла.

– Ну? Заходи уже, и дверь закрой. Дует.

Сестра села рядом, посмотрела вверх.

– Прости?

– Было бы за что прощать, – я тяжело вздохнула и попыталась встать, но Лилай положила ладонь мне на плечо, чуть надавив. – Что? Я не хочу сейчас разговаривать.

– Пожалуйста...

Я села обратно, в ту же позу, что и несколько мгновений ранее.

– Абжи сказал, что ты... – рыжая нахмурилась, сосредоточенно вспоминая, что же сказал мой подопечный. – Он говорил странно, но красиво... А, вот. Он сказал, что ты – словно скала, нерушима, и словно тысячелетнее дерево – несгибаема. Я не сразу поняла, о чем он, но, кажется, догадалась...

Я молчала. Чувствовала, что сестра еще не договорила.

– Ты ведь как компьютер, да? Я откуда-то знаю, как он работает... прости за него, пожалуйста... так вот. Ты ведь думаешь строго, действуешь только по плану? – дождавшись моего кивка, она продолжила. – Не знаю, как сказать... поэтому ты... огорчилась, когда я начала вести себя неправильно?

– Прежде чем дать ответ на твой вопрос, я задам свой – скажи, что толкает тебя на действия? Что служит для тебя главной мотивацией?