Архитектор вошел.

— Вася, – обратился к нему директор. – Ты ведёшь архитектуру последнего процессора. Но почему, скажи мне, почему он стыкуется с «Макинтош»? Ты затеял это специально? Ты собираешься ехать жить в Великобританию?

— Шеф, это прокол. Я всё давно знаю без ваших стукачей. Работу ведём. Плагиата не было. В нашу систему они войти не смогут, даже используя свои, специфические вирусы. Накладка вышла по причине, я думаю, параллельного с ними подхода к решению некоторых многовекторных узлов. Это поправимо в кратчайшие сроки.

— Иди и выправляй дела, пока не дошло до министра. Если просочится информация, что мы обогнали японцев, то нас всех заменят на генералов, а японский процессор ускачет дальше, как хромая, но выносливая лошадь. Вперёд!

Главный архитектор выскочил из кабинета как ошпаренная мышь.

— Слушай, Нерпа, а что это ты делал вчера в кафе на Никольской в два часа ночи?

— Ты, наверное, заметил, что я был с женщиной. Как ты думаешь, что с ними делают?

— Да нет, дело не в женщине. У тебя вчера купили кокс. Купили? Купили. А чей кокс?

— Оса, кокс мой, и я его не продавал, а угостил. Ты, я думаю, знаешь к кому он попал.

— Конечно, знаю. Он попал ко мне.

— Так в чём причина?

— Я делал контрольную закупку. И сделал её. А кокс туфтовый.

— Это понты.

— Нет, это не понты, это понтовый кокс.

Нерпа вытащил револьвер и пять раз выстрелил в собеседника.

— Кто–то продаёт поддельный героин и кокаин, – сказал напарнику водитель патрульной машины.

— Эка новость, – ответил сержант в бронежилете. – Нарики постоянно друг–другу туфту парят. И ничего, живы пока.

— Да нет, уже покойнички пошли. Сегодня грохнули Осу. Прямо в здании Думы, в туалете. Ствол скинули прямо в карман покойнику.

— В Думе? – изумился напарник. – Что–то не верится. Туда иголку не пронесёшь.

— Иголку никто не нёс. Пронесли револьвер из высокотехнологичного пластика. Металлоискатель его не взял. Вот и весь гусарский пирог.

— Мда… Лихо… Оса держал кокс – кокаин. Ну, и герой немного приторговывал. Но он оптовик!

— Да, оптовик. Ну, так что ж? Их тоже пули берут, хоть и пластиковые…

— Но дело не в этом, – продолжил водитель, закурив сигарету. – Эта поддельная наркота действует по–своему. От неё прёт на правду. Типа детектора лжи. Нюхнул такого кокса – и сразу всем рассказал, где деньги лежат и в какой позе надо его жену трахать.

— Так это и не поддельная, и не наркота, – ответил сержант. – Это ценная вещь.

— Ну, так и я о том же. Из–за этой ценной вещи, у нас в отделе и творится чёрте что. Ищут поставщика. Кокс очищен до такой степени, словно его растили на орбите или на Луне. И кокса в том коксе, меньше десяти процентов, а остальное – неясная субстанция. Вот её, субстанцию, и ищут. Вернее, изготовителя. Ты понимаешь, что будет, если дать незаметно понюхать этот кокаин министру обороны или президенту? А?

— Понимаю, будет много информации.

— Вот мы и скачем по городу как потные ослы.

— Да, точно, – сержант зевнул. – Как потные осляры. Давай, что ли, косяк забьём?

— Хорошая мысль.

Лёва Питерский набрал номер на сотовом и подключился к линии Главного архитектора НИИ. Тот ответил:

— Сикорский слушает.

— Вась, это Лёва. Опять пошли сбои в программе. Надо было, всё же, использовать «Макинтош». Саксы надёжней.

— Той версии «Макинтош» ты не достанешь ни за какие деньги. Эта версия ещё не стала на конвейер. Она не достроена, а к нам попали только отдельные узлы. Наш комп мощнее. Не забывай. А сбой устраним. Продукт идёт?

— Идёт, но ты же знаешь, пропала большая партия синтетического кокаина, им стали торговать, и менты подняли шмон такой, какого и не бывало вовсе. Я боюсь за свою лабораторию. Если кто–то из моих с дуру попробует продукт, он пойдёт в ближайшее отделение и всё расскажет, клянусь. Мы создали суперправдоискатель. Это бешеные деньги, Вася. Береги себя.