— А потому, что в них описано Копье Милосердия! Настоящее копье центуриона Лонгина. Но ежели это так, то выходит, что князь Радзивилл не только его видел, но и держал в руках. Мало того, он привез его в Несвиж!

— Да, друг мой сердешный, по-моему, мы за обедом слегка усугубили ситуацию… Водка-то наша позабористей польской «Выборовой» будет.

— Ты не веришь мне?!

— Если это для тебя так важно, то будем считать, что у меня нет ни малейшего сомнения в достоверности твоего рассказа.

— Вижу, вижу, что не веришь… Что ж, Фома Неверующий, буду бить тебя фактами. Я прямой потомок по мужской линии несвижского бурмистра Яна Гановича, который отстраивал замок князей Радзивиллов. Мой прапра… в общем, предок оставил тайную записку. О ней ничего не было известно до этого года. История, в общем, тривиальная: дедовский молитвенник, реликвия нашего рода, который передавался из рук в руки по старшинству, совсем развалился, и я отнес его в переплет. Но поскольку книга-то раритетная, ей просто нет цены (молитвенник отпечатан во Львове в 1591 году в бывшей типографии Ивана Федорова, которую выкупило так называемое «Львовское успенское братство»), я лично присутствовал при переплетных работах. Тем более что крышки молитвенника с серебряным окладом, который украшен сканью и драгоценными камнями. Когда переплетчик снимал бархатный фон под окладом, он нашел лист пергамента. Текст, написанный на этом пергаменте, оказался посланием Яна Гановича своим потомкам.

— Ну и?..

Глеб даже на бесстрастном экране монитора уловил лихорадочный блеск отцовских глаз. «Похоже, батя завелся», — подумал он обеспокоенно. Глеб был уверен, что Копье Лонгина — это библейские сказки. И тем удивительней ему было слышать разговор двух солидных мужей, докторов наук, на такую несерьезную тему.

— Мой предок пишет, что Николай Радзивилл привез из Палестины какую-то очень ценную реликвию… — Пан Юлиуш вытряхнул пепел из трубка и спрятал ее в карман. — А поскольку времена тогда были смутные, князь пригласил итальянского архитектора Бернардони и тот построил для этой реликвии самое надежное укрытие — сильно укрепленный каменный замок с разветвленной системой подземных ходов и камер. Он был сооружен на месте большого имения, возведенного в первой половине шестнадцатого века Николаем Радзивиллом Черным (построенным, кстати, ради получения княжеского титула). Вокруг нового замка выросла современная система укреплений: старые каменные стены заменили высокими земляными валами с выступающими вперед бастионами, на которых установили артиллерийские орудия. Куртины и бастионы Несвижского замка укрепили камнем, по верху вала шла защищенная бруствером дорога. Вокруг замка вырыли широкий и глубокий ров, вода в который поступала из окружавших замок прудов. В течение нескольких лет проводились работы по расширению речки Уши, выкапывались искусственные озера, таким образом получилось, что замок стоял на своеобразном рукотворном острове, являясь неприступной крепостью. Попасть в него из города можно было только по длинному деревянному мосту, который шел через озеро и в случае опасности легко разбирался. Он доходил до оборонительного рва с переброшенным через него подъемным мостом.

— Это мне известно… — Глеб понял, что отец разочарован. — Похоже, в найденной тобой грамотке нет никакой конкретики…

— Кое-что есть… — Пан Юлиуш хитро ухмыльнулся. — Мой предок-бурмистр понятия не имел, ЧТО именно привез князь с Востока, но он указал на плане, ГДЕ оно хранилось.

— Даже так?

— Именно так. Ян Ганович сам строил эту тайную подземную камеру — в молодости он был превосходным каменщиком. Это потом он возвысился до бурмистра. Наверное, вошел в полное доверие князя.

— Ну и?..

— На пергаменте начертан план… — Тут в голосе пана Юлиуша появились неуверенные нотки. — Конечно, с той поры прошло много времени…

— Вот именно. От замка нынче остались рожки да ножки. Правда, его сейчас реставрируют, но таким, каким он был в шестнадцатом и семнадцатом веках, замок уже никогда не будет. И потом, я совсем не уверен, что князь Радзивилл привез именно Копье Милосердия. Не секрет, что в Несвиже хранилось фамильное золото и серебро Радзивиллов, старинный фарфор и живописные полотна старых мастеров, а также богатейшая библиотека. В ней находились практически все акты Великого Литовского княжества, начиная со времен князя Ягайлы. В библиотеке были собраны редкие рукописные и старопечатные издания, исторические документы и грамоты, письма многих монархов. Так что защищать Радзивиллам было что. Скорее всего именно для этих целей князь и построил замок, а не для какой-то мифической восточной реликвии. Эх, старина! А я-то думал, что у тебя есть какой-то серьезный проект. Ну да ладно, я чертовски рад тебя видеть. Мы не встречались… дай Бог памяти… с 1991 года. Это срок.

— Нет уж, позволь! — Видно было, что пан доктор завелся. — Тебе хорошо известно, что Копье приносит удачу владельцу. Так вот, после приезда Сиротки из Палестины дела Радзивиллов пошли круто в гору. К семнадцатому веку они стали некоронованными королями Великого Литовского княжества. Кстати, в то время артиллерия замка насчитывала свыше сотни пушек. Радзивиллы имели более пятнадцати тысяч собственного войска. Каково!

— И тем не менее в конце восемнадцатого века замок сдался русским войскам, а его укрепления срыли. Радзивиллам не помогли ни мощные оборонительные сооружения, ни артиллерия, ни Копье.

— Это так, — неохотно согласился пан доктор. — Но что же тогда искали в замке немцы во время Второй мировой войны? Поисками занималась целая саперная рота.

— Чего проще… — Николай Данилович снисходительно улыбнулся. — Их привлекла легенда о сокровищах Радзивиллов, якобы спрятанных в подземельях замка.

— Да, есть и такая версия. Будто бы в 1812 году князь Доминик Радзивилл, который примкнул к Наполеону, после поражения французов приказал своему эконому Адаму взорвать тоннель, который вел в сокровищницу. Что тот и сделал. Однако в истории с немецкими саперами есть одно «но». Их возглавляли люди из «Аненербе»*. А их, насколько мне известно, интересовали несколько иные вещи.

— Это уже серьезно… — Николай Данилович вдруг потянул к себе пульт управления сигнализацией, который лежал перед ним на письменном столе, и отключил видеокамеру, благодаря которой Глеб мог смотреть и слушать «конференцию» археологических светил.

«Ну батя, ну змей! — возмутился Глеб. — Обрубил на самом интересном! Похоже, догадался, что я сижу перед монитором и все просекаю. Тоже мне, тайны мадридского двора… Все равно россказни пана доктора — бред сивой кобылы. Смешались в кучу кони, люди… Надо же — князь Радзивилл умыкнул из Святой земли Копье Лонгина! Нет, точно бред. Кстати, сокровища Радзивиллов некоторые энтузиасты до сих ищут. И ни фига не находят. Меня вот тоже три-четыре года назад пытались привлечь к поискам. Драгоценные россыпи сулили. Нашли дурака… Так что о Несвиже я кое-что слышал. Слава аллаху, что не согласился. Толочь воду в ступе — это не мое хобби…»