— Ты позвонила кому-нибудь? — спросила я.

— Нет. Какая глупость, — сказала она.

Это было равносильно тому, что она призналась, что села за руль пьяной.

— Так что я побуду здесь в течение часа, пропущу пару стаканчиков, а потом позвоню копам.

— Они могут найти тебя раньше, мам.

— Неважно, — сказала она приглушенно, и я услышала в трубку, что она закуривает сигарету. — Эй, я разговаривала со служащей в центре, где живет Томми. Она сказала, что ты оплатила его пребывание вперед до конца августа. У тебя, видимо, дела идут хорошо, да?

— Это был одноразовый платеж. Денег больше нет, — сказал я, ощетинившись.

Мне было противно, что моя мать была довольна тем, что я зарабатывала деньги в качестве проститутки. Я почувствовала себя еще более мерзко от ее тона, понимая, что в ближайшее время она начнет требовать у меня деньги.

— Мам, я должна бежать. Береги себя.

— Наслаждайся, — сказала она, и от ее слов у меня мурашки побежали по коже.

Джеймс вышел из душа в обернутом вокруг талии полотенце.

— Кто это был?

— Никто, — сказала я.

Как бы я хотела, чтобы это было именно так.

Сегодня Джеймс надел еще один поражающий воображение костюм, на этот раз, с галстуком лавандового цвета.

— Что мне надеть? — спросила я, проходя мимо вешалок с дизайнерской одеждой в гардеробной комнате. Я не привыкла к такому выбору вариантов.

— То платье, в котором ты была прошлым вечером. Оно меня полностью устраивает, — произнес он с ухмылкой.

— Я почти уверена, что оно грязное, — сказала я, улыбнувшись ему. — Плюс, мне не хотелось бы надевать что-то, что может повлечь за собой игры под столом. Я не думаю, что твоя мать бы одобрила это.

Я достала серое, облегающее фигуру платье, сшитое в консервативном стиле, и показала его ему.

— Как насчет него?

— Прекрасно, — сказал он. — Полагаю, что оно должно подойти. Неважно, что ты наденешь. Я знаю, как ты выглядишь под одеждой, и мне это очень нравится.

Бросив платье на кровать, я подошла к нему и поцеловала в губы. Он обнял и жестко поцеловал меня в ответ, и это было не единственное, что было у него жестким.

Я провела по нему руками, смакуя свои ощущения от касания его огромной рельефной груди, но затем заставила себя сделать шаг назад.

— Слишком поздно, нам сейчас не хватит времени, — сказала я невинно. — У тебя съемки для «New England Brides Magazine».

Он прерывисто вздохнул.

— Эта гребанная свадьба.

Я начала натягивать на себя серое платье.

— Я не знаю. Лично я — наслаждаюсь всем этим в настоящее время, — сказала я, говоря это на полном серьезе.

Он подошел и помог застегнуть молнию на моей спине.

— Я тоже. И это последнее, что я ожидал.

Он нежно провел рукой вниз по моей спине, посылая дрожь по всему моему телу.

Его телефон завибрировал, он взял его и стал пристально что-то читать на экране.

— Я должен разобраться с этим. Извини, — сказал он, и начал что-то быстро набирать на телефоне. — Нам уже надо выходить.

Я остановила свой выбор на босоножках цвета «металлик», нанесла помаду, и надела на руку кучу браслетов. Затем я взяла его под руку, ведя его сначала к лифту, а потом и к машине, пока он возился со своим телефоном, решая какие-то свои дела. На улице было замечательно. Кай поджидал нас с приветливой улыбкой. Джеймс держал меня за руку, пока ругался с кем-то по телефону. Все это казалось таким нормальным, таким естественным. На одно мгновение я даже представила, что это моя настоящая жизнь, и я — его настоящая подруга.

Это было превосходно. Это было прекрасно до умопомрачения.

Пока мы ехали до музея Изабеллы Стюарт Гарднер (прим. Частная художественная галерея, расположенная в стилизованном под венецианское палаццо здании в Бостоне), где должна была состояться фотосессия, Джеймс постоянно висел на телефоне. Я решила проверить свой телефон, так как переживала, что мать могла оказаться в тюрьме. К своему удивлению, я обнаружила три пропущенных голосовых сообщения. Первое было от матери:

— Одри, они отбуксировали мою машину, и я не могу позволить себе забрать ее. Позвони мне. Пожалуйста.

Второе сообщение было от Елены:

— Дри, позвони мне, как только получишь это сообщение. На сотовый.

Я взглянула на Джеймса, он был настолько поглощен своим разговором, что не обращал ни на что внимание.

Судорожно выдохнув, я набрала номер Елены.

— Дри, — ответила она почти сразу, как только я набрала ее номер.

— Привет, Елена, - сказала я нервно. Она редко, да почти никогда, не звонила нам, пока мы были на работе. — Что случилось?