— Так вот, в чем дело, — произнес я, — власть.

Мне стало невыносимо гадко. Да, деньги и власть легко отравляют людей, но я не думал, что человек, которому я безоговорочно доверял, так меня ненавидит.

— А ты думал, я с тобой таскаюсь из-за дружеской привязанности? Джонсон, оглянись, наконец, вокруг! Ты всего лишь мешок дерьма, не более того. Все, кого ты считаешь приятелями, рядом с тобой лишь потому, что у тебя в руках власть и деньги. Думаешь, хоть кто-то из них взглянет в твою сторону, протянет руку помощи, если ты вдруг всего этого лишишься? Нет. Только твоя бабка, да эта сучка любят тебя. И то, ну ладно, с бабкой мне все понятно, внук и все такое, ну как эта девка-то на тебя клюнула? Думаешь, я не в курсе, что ты с ней творил? Твои склонности к садизму и извращениям в сексе для меня не секрет, и мне не понятно лишь, что с головой у этой девицы. Вместо того, чтобы выгнать тебя взашей, она дает тебе убежище. Ну, мне же лучше. Пока вы там трахались как кролики, я все подготовил. Сегодня ты тут сдохнешь, а я, твой приемник, займу твое место. Хотя нет, я займу свое место, место, которое ты получил незаслуженно.

Мне стало дурно. Майкл годами вынашивал план мести, выискивал лазейки, ждал момента, чтобы нанести удар в спину. Как я не заметил этого? Почему был так слеп? А ведь я его считал надежным человеком и даже хорошим другом! Отчаянно хотелось верить, что это сон, но, к сожалению, происходящее было реально. Мой помощник, моя правая рука меня предал.

— Я не назначал приемника, — бросил я.

— Адриан, ты последнее время так погряз в своих личных проблемах, что было легко подсунуть тебе на подпись нужную бумагу, — ухмыльнулся парень. — И поверь, когда ты подохнешь, я сумею подобающе изобразить скорбь, чтобы ушлепки, которые работают на тебя, ничего не поняли.

Похоже, он хорошо подготовился. Я проклинал себя за рассеянность. Как я мог проморгать такой документ?! Похоже, из-за Кристы и потревоженных воспоминаний прошлого у меня поехала крыша, чем и воспользовался ублюдок.

— У тебя ничего не выйдет. Они догадаются, — пробурчал я.

— Не думаю. Для всех тебя убьет псих, который сейчас сидит в подвале. Пару лет назад ты убил его сыночка, и вот он решил отомстить. А я просто не успел тебя спасти.

Час от часу не легче. Ведь чувствовал же, что-то не так. Предчувствовал беду, но послал свои инстинкты куда подальше. Я просто молодец.

— А помнишь Милли? — услышал я.

— Какую еще к черту Милли? — о чем он? Точнее о ком. И вообще, при чем тут какая-то девка?

— Ну, да, точно. Я забыл, ты женщин, с которыми спишь и за людей не считаешь. Зачем помнить их лица и имена? Кроме твоей Сары для тебя других не существует. Интересно, как это Кристе удалось пробить твою броню? В чем дело? Ах, она же на Сару похожа, — меня тошнило от его философствований.

— Заткнись, — прорычал я.

— Не тебе меня затыкать, ты не в том положении, мудак! — огрызнулся он. — Так вот, Милли, может, хотя бы помнишь светленькую девчонку, милую такую, дочь кухарки?

В голове смутно зашевелились воспоминания. Когда я пришел в дом Бреда, хозяина организации на тот момент, в самом деле, была девчонка, с которой я где-то неделю неплохо коротал вечера. Внешне похожая на ангела, белокурые волосы, светло-голубые глаза, миниатюрная фигурка, в постели она становилась фурией, выжимала из меня все соки.

— Допустим.

— Так вот, я ее любил! — в голосе парня стали проскакивать истеричные нотки. — А ты, ублюдок, ее забрал у меня и выбросил, насытившись! Она пришла ко мне вся такая разбитая, несчастная. Говорила, что сделала ошибку. И знаешь что я? Я ее убил и похоронил в лесу. Мне не нужны объедки после тебя!

Вот дерьмо. Да он конченый псих. И этот псих затаил на меня злобу. «Соберись, тряпка! От твоей выдержки сейчас зависит твоя жизнь» — приказал я себе.

— Ты все у меня забрал. Но сегодня я верну себе принадлежащее мне по праву. Как думаешь, я приглянусь твоей девке, как там ее, Криста, верно? Хотя, если взбрыкнет, можно в подвал на цепь, ей не привыкать.

«Спокойствие, главное спокойствие» — Повторял я как молитву. От его слов сердце уходило в пятки. Хотелось бы мне сказать себе, что он не посмеет тронуть Кристу, но передо мной был безумный тип. И мне оставалось лишь поражаться, как я не разглядел этого в нем раньше?

На мою удачу, плинтуса в этом доме были прикручены шурупами, и как раз, у стенки, где сидел я, мне удалось его отвернуть. Теперь надо как-то освободить руки.

— Знаешь, Майкл, почему приемником Бреда стал я, а не ты? — спросил я, сощурившись.

— Почему? — похоже, он опешил от смены темы разговора. Говоря о Кристе, он с гарантией ожидал моего срыва, психа. И смена разговора, в кепе с моим спокойным голосом ошарашила парня.

— Да потому, что ты много болтаешь! — сказал я, что кстати, правда.