Уткнувшись лицом в подушку, которая хранила его запах, я дала волю эмоциям. Нет, я не плакала или рыдала, я выла в голос. Меня ни капли не беспокоило, что меня может услышать сестра. Мне вообще хотелось сдохнуть. Просто сдохнуть, чтобы не мучиться.

— Кхм, — услышала я над головой, когда истерика пошла на убыль. — И как это понимать?

Повернувшись, я уставилась на сестру, лицо которой выражало крайнее недоумение.

— Ты чего? — шокировано спросила Эми, увидев мою зареванную мину.

Сестра всегда была для меня безумно близким человеком. Не смотря на разницу в возрасте, мы с ней всегда делились своими секретами, проблемами и радостями. И мне захотелось довериться ей сейчас.

— Я переспала с Адрианом, — выпалила я.

— Да я уже как бы догадалась, — скептически изрекла Эми, — меня сейчас больше интересует, где парень и почему ты в таком состоянии.

— Он ушел, — тихо ответила я. — Навсегда.

Надо было видеть лицо Эми в тот момент. Оно буквально исказилось от презрения и ярости.

— Как его найти? — выплюнула она.

— Зачем? — не поняла я.

— Найду, кастрирую и принесу тебе его яйца на блюдечке. Вот скотина! — распалялась девушка.

Она же не знает ничего. По ее мнению, парень просто затащил меня в постель и бросил после ночи. В принципе, так и есть, да не так…

— Стоп, Эми. Не нужно никого кастрировать. Я прекрасно знала, на что иду, он еще до этого предупреждал меня о своем уходе, — быстро произнесла я хриплым от слез голосом, — то есть, я заранее знала, что он уйдет.

Было любопытно наблюдать мыслительный процесс в голове моей сестры. У нее было очень живое лицо, которое меняло выражения в зависимости от посетивших ее мыслей. И в конце концов, там застыло чистое недоумение.

— Ну, тогда я вообще ни хрена не понимаю, — пробормотала она. — Зачем тебе это?

И меня прорвало. Я рассказала ей все. Абсолютно все. О дурацком знакомстве, о насилии, о двух месяцах в плену. Опустила, разве, тайну Адриана. Но вот о дурацком любовном треугольнике рассказать пришлось. К концу истории глаза сестры напоминали чайные блюдца. Похоже, она была в шоке.

— Вот это да, — прошептала она. — То есть, после всего дерьма, которое пережила из-за него, ты хочешь сказать, что любишь его?

— Да, — всхлипнула я, ощущая новую порцию слез.— Я люблю его безумно. Поняла это недавно. Но в данный момент я умереть готова за него, если потребуется.

— Вот дерьмо, — ужас в глазах Эми меня покоробил.— Ничего, сестренка. Не смей раскисать. Мы найдем тебе лучшего парня, а этот дебил еще локти будет кусать, когда поймет, какую девушку потерял.

Нет Эми, не будет. А так бы хотелось, у него и ко мне было что-то, кроме влечения. Но увы…

— Слушай, я вот одного только сейчас не пойму. Если он вполне нормальный, но в смысле… Ну то есть не делает тех вещей, о которых ты говорила… Ну, там парни, платья, пылесос, старухи… Нафиг ты сочинила такое? — и опять непонимание застыло на красивом личике.

— Да чтобы тебя обезопасить, чтобы вы не оказались в одной постели, — выдохнула я.

— Я, конечно, признательна, — хитро прищурилась сестра, но, мне кажется, ты в первую очередь думала не обо мне, а просто ревность покоя не давала.

— Возможно. Не знаю, — бесцветно отмахнулась я.

Еще недолго поболтав с сестрой, я отправилась в душ, где снова отдалась своему горю. На работе я выпросила неделю отгула и уже четвертый день залипала в своих эмоциях. Мне ничего не хотелось. Не хотелось никуда идти, никого видеть или что-либо делать. Эми называла это классической «любовной» депрессией, только в тяжкой форме.

Интересно, а Адриан вспоминает обо мне хоть иногда? И если да, то каковы эти воспоминания? Или, может, он уже давно выкинул меня из головы, забыл как страшный сон и продолжает жить привычной жизнью?

Звонок мобильного вырвал меня из привычной хандры. На миг, в груди вспыхнула безумная надежда, но, глянув на дисплей, я испустила стон разочарования. Это всего лишь Фред.

— Да, — буркнула неприветливо я и ощутила стыд. Фред не виноват в моих бедах, не надо на нем срываться.

— Привет, Криста, — услышала я его голос, по сути, он звонил каждый день, но я отмахивалась смсками, что занята, — гляжу, у тебя, наконец, появилось свободное время? Как ты вообще?