Что?! Она была беременна? Вот дерьмо… На минуту мне стало ее жаль. Интересно, Адриан знал об этом? И если знал, то все эти годы он жил с болью двойной потери… Боже.

— Но даже не это самое отвратительное, — продолжала тем временем Сара, — врачи впоследствии заявили, что детей я иметь не смогу. Никогда и ни при каких условиях. Когда я об этом узнала, у меня был жених. Человек, которого я любила, и он ушел от меня из-за этого. Врачи, конечно, и после того ада о чем-то таком заикались, но не давали точных прогнозов, а потом… И знаешь что я поняла? Это все ты. Ты виноват во всех моих бедах. Из-за тебя я лишилась всего и столько лет жила в аду. Сам же ты при этом устроился просто лучше некуда.

— Я думал, ты мертва, — убитый тихий шепот. — Неужели, ты думаешь, я не приехал бы, знай, что ты жива? Все эти гребаные годы я любил тебя одну.

Невыносимо. Не хочу быть здесь. Не хочу все это слушать.

— Не верю, — прошипела Сара. — Если бы ты меня действительно любил, то не поверил бы в мою смерть так легко.

Ну, все. Это клиника. Сомневаюсь, что есть на свете сила, способная ее переубедить. Эта сумасшедшая долгое время взращивала в себе эту безумную ненависть, убеждение, что абсолютно во всех ее бедах виноват один лишь Адриан. И никакие факты или слова тут не помогут.

— Но это так, — снова тихо и безжизненно. — Чего ты хочешь, Сара?

— Сделать так, чтобы ты страдал, — отрезала она.

«Он уже страдает, сука» — хотелось мне сказать, но я смолчала, желая понять логику психопатки.

— Почти год я ломала голову, как же это сделать. Развалить твой бизнес, не так-то это просто. И тут на мое счастье появилась она, — она ткнула в меня пальцем. При чем тут я? — Я уже знала о твоей кобелиной натуре, о том, что ты не заводишь романов, не испытываешь нежных чувств. И это даже как-то льстило. Ну, вроде как, после меня никаких отношений не заводит. И тут внезапно появляется это рыжее чучело.

— Сама ты чучело! — огрызнулась я. Ну, а что, обидно. Оскорблять — то зачем?

— Молчать! — и опять болезненная пощечина.

— Так вот появляется эта, — она, скривившись, делает жест в мою сторону. — И ты с какого-то перепугу влюбляешься в нее. Вначале, мне было неприятно. Вроде, как же так, он должен любить только меня. Но потом я поняла, вот он, шанс превратить твою жизнь в кошмар, — глаза блондинки горели нездоровым огнем, — я отберу ее у тебя. Сегодня ты будешь наблюдать, как в адских муках помирает твоя возлюбленная.

Что? Эй! Я так не хочу! Мне жить охото!

— Сара, она тут ни при чем, — устало выдохнул Адриан, — и ты ошибаешься, я не люблю ее. Если ты не заметила, вы похожи. Она всего лишь напоминала мне тебя.

Сдохнуть. Просто сдохнуть. Всего лишь несколькими словами Адриан убил меня. Как же больно! Мерзко и отвратительно. Как я позволила себя, пусть и в мечтах, понадеяться, что у него ко мне может быть что-то, кроме вожделения? Да он даже трахал меня лишь потому, что я похожа на его ненаглядную Сару.

Не реветь. Надо держаться. Поздновато только я подумала об этом, так как пелена слез уже делала окружающие предметы какими-то размытыми. Я отвернулась к стене, не желая даже смотреть на Адриана. Зато теперь мысль о том, что эта психичка меня убьет, не так уж и пугает. Нет, умирать все равно не хочется, но и жить, услышав такие слова…

Адриан никогда не говорил мне о любви, но ведь тогда, когда он последний раз пришел ко мне, он говорил, что я ему важна. Именно я. И не потому, что на Сару похожа. И сейчас у меня чувство, как-будто меня предали. Жестоко предали. И на душе так гадко и пусто…

— Ну, тогда ты не будешь против, если я ее убью? — голос Сары стал похож на мурлыканье. — Она исчезнет, и, возможно, у нас еще будет шанс.

— Хорошо, — услышала я его слова — мой приговор.

Вот так, человек, которого я так любила, не просто предал меня, но и спокойно приговорил к смерти во имя своей любви ко другой.

— Правда? — казалось, в голосе Сары сомненье.

— Конечно, — кивнул Адриан. — Ты просто плохо представляешь, как я люблю тебя.

Из-под прикрытых век я видела, как блондинка подошла к нему и поцеловала. А с какой страстью он ей ответил!

Казалось, все это происходит не со мной. Будто, я просто смотрю драму, происходящую в чужой жизни, как бы со стороны. Если бы это было так!

— Ну, что красавица, поиграем? — блондинка резко дернула меня за волосы, вынуждая смотреть в глаза.