– Если вы пойдете по этой тропинке, – объяснила сестра Клара, – то дойдете до развилки. Налево будет лестница, ведущая к пещере Святого Бенедикта, а справа вы найдете Скала Санта, Святую Лестницу. Эти мраморные ступени поднимаются к часовне Святого Евстахия.

– Благодарю вас, сестра Клара. – Кивнув девушке, Грей первым двинулся по дорожке.

Монахиня остановила шедшего последним Роланда, прикоснувшись к его руке:

– Вы спрашивали о

связанных с отцом Кирхером. – Она кивнула в сторону одинокой часовни, угнездившейся на самой высокой точке горы. – Говорят, что он возводил это здание вдвоем с одним каменщиком. Единственным человеком, которого он пускал туда во время строительства, был его друг, епископ Николас Стено. Согласно архивным данным, епископ Стено и отец Кирхер проводили вместе много времени, и именно епископ после смерти преподобного отца положил его сердце в Сантуарио-делла-Менторелла.

– Это действительно очень интересно, – сказал Новак. – Спасибо, сестра Клара.

Смущенно улыбнувшись, монахиня поклонилась, отступила назад и закрыла за собой дверь.

Роланд же поспешил догнать Грея.

– Что она хотела? – спросила Лена, поравнявшись с ним.

– Да так, возможно, ничего существенного; но я, занимаясь материалами об отце Кирхере, уже встречал имя Николаса Стено, – рассказал священник. – Это был датский ученый, на несколько десятков лет моложе отца Атанасия. Они работали вместе и стали близкими друзьями. Но, что самое любопытное, областью исследований Стено было то, что в наши дни назвали бы палеонтологией. Он изучал окаменевшие останки, древние кости и тому подобное.

– Вы полагаете, что, если отец Кирхер действительно забрал то, что считал останками Евы, он мог привлечь к этому своего друга! – догадалась Крэндолл.

Они подошли к развилке и встретили там Грея. Роланд указал на крутую мраморную лестницу, уходящую вправо.

– Судя по рассказу сестры Клары, у этих двоих была какая-то тайна, связанная с часовней.

Пирс уже успел осмотреть другую тропу, ведущую к отвесной скале с темнеющей в ней вертикальной расселиной.

– Должно быть, это и есть знаменитый грот. – Он указал на застекленный склеп у входа, заваленный костями и черепами. – А это что такое?

– Оссуарий, – объяснил отец Новак. – Если верить путеводителю, здесь хранятся останки монахов, живших в обители. Надпись на мраморном постаменте гласит: «Помните: кто вы сейчас, мы такими были. Кто мы сейчас, вы такими станете».

– Верное замечание, но все же есть в нем что-то зловещее. – Грей направился к ведущим наверх мраморным ступеням.

Двинувшись следом за ним, Лена оглянулась на хранилище мощей.

– Будем надеяться, сами мы в ближайшее время не превратимся вот в это.

Отец Роланд улыбнулся.

Грейсон повел своих спутников по крутым ступеням Скала Санта. Белые мраморные плиты были стерты бесчисленным количеством сандалий, башмаков, сапог, ботинок и прочей обуви, прошедшей по ним на протяжении многих столетий. Лишь невысокая стенка слева оберегала путников от падения с отвесной скалы.

– Теперь я понимаю, почему этот подъем называется Святой

– пробормотала запыхавшаяся Крэндолл.

– Эти ступени были призваны бросить вызов паломникам, желающим подняться к часовне, – тяжело дыша, согласился Роланд.

– Определенно, свое дело она делает! – усмехнулась женщина.

Новак поднял взгляд, прикрывая глаза козырьком ладони. На фоне голубого неба маленькая часовня, крытая черепицей и прилепившаяся к скале, нависающей над соседней долиной, казалась аскетической и строгой. Четыре сводчатых окна выходили на все четыре стороны света.

Добравшись, в конце концов, до двери, Роланд обнаружил, что задыхается. Остановившись, чтобы перевести дух, он обвел взглядом белые скалы и заросшие хвойными деревьями склоны. Легкий ветерок донес до него свежий запах сосен. Наконец священник повернулся к двери часовни, испытывая легкое беспокойство.

Лена переступила порог следом за Роландом и оказалась в полумраке маленькой часовни. После столь изнурительного подъема она ожидала увидеть что-то величественное, однако внутренний интерьер этого места отличался спартанской простотой. Единственным украшением там был небольшой мраморный алтарь в дальнем конце часовни, перед простым каменным крестом, на котором стояли оплывшие свечи. Помещение было чуть больше гаража на две машины, а четыре окна в нем позволяли видеть окрестности во всех направлениях.

Новак поднял взгляд на свод, на перекрещивающиеся каменные арки.

– Это та же самая кладка, какую мы видели в пещерах.

Священник был прав, и это родило у Лены вопрос: если часовня в пещере была построена, чтобы заключить в себе останки неандертальца-мужчины, не является ли такое же в точности сооружение указанием на то, какая участь постигла останки женщины?

Отец Роланд огляделся вокруг.

– Сестра Клара сказала, что здесь есть какие-то иероглифы…

Грей обошел часовню по периметру, проводя пальцами по стенам под окнами и пристально всматриваясь в каждый кирпичик.