Сначала он нахмурил темные брови, после поджал губы, но заговаривать не спешил. Тогда

я первая решилась нарушить возникшую угнетающую тишину:

— Прости, я заняла твое место… — поднялась, уступая юноше. – Ты говорил, я могу

сюда прийти, если мне будет плохо.

— А тебе плохо? – неожиданно жестоко спросил маг земли. – Мне так не показалось,

когда ты гуляла с Каспом.

— Я не знаю…

Что ему сказать? Что сама не понимаю, как такое произошло? Как я могла забыть о

занятии и пойти гулять с другом Франа? Или сказать, что я собираюсь уйти, и он может

больше не волноваться, что я буду мелькать перед его глазами? В итоге я просто обошла

Эвина, но он вдруг остановил меня, сжав мою холодную ладошку.

— Тебе правда нравится Касп?

Я задумалась, вспоминая улыбчивое лицо юноши. Да, он красив, но с чего мне так себя

вести? Это не похоже на меня. Дома я действительно могла столь открыто вести беседы и

начать первой знакомиться – ведь мы, духи, не скрываем истинных чувств. Но здесь? В

мире людей… нет. Я бы не позволила себе такого.

— Молчишь? Значит, правда?

— Нет, Эвин! – с досадой воскликнула. — Нет! Это не так. Прошу поверь…

Ведь если не ты, мне уже никто не поверит. Я сама себе не верю. Не могу объяснить

своего поведения, так что говорить о других? Но как же не хочется возвращаться домой.

— Почему я должен верить? – хмуро спросил юноша. – И чему именно? Тому, что

видел собственными глазами, как ты прогуливала занятие с Каспом?

— Я прошу просто поверить в меня, — знаю, звучит глупо. – Но я и правда не хочу

уходить.

— Уходить? – изумленно переспросил Эвин. – О чем это ты?

И я вдруг подумала. Почему бы и нет? Почему не сказать правду, что собираюсь

возвращаться домой. Какая уже разница?

— Домой? – изумился маг земли, когда я закончила свой короткий рассказ о том, что

вернусь к отцу, не став вдаваться в подробности того, кем я являюсь.

— Ты так легко готова сдаться? Опустить руки?!

— Сдаться? Эвин, профессор выгнал меня. Я больше не участница турнира и…

Я не договорила. Он вдруг схватил меня за руку и потащил обратно в академию.

Ничего не объясняя и не говоря, вел за собой. Вихрем взлетел на третий этаж, свернул к

знакомым дверям и лишь там остановился. Я и рот не успела открыть, как мы с Эвином

стояли перед профессором в его кабинете.

— Ханна? — недовольно нахмурился Крэйф, подняв на меня взгляд. — Кажется, я все

вам сказал. Так что, если вы притащили Эвина защищать вас, то зря. Не стоит тратить

время на пустые разговоры.

Мгновение — и профессор вновь вернулся к прерванным бумагам.

— Просто выслушайте, — решительно проговорил Эвин. — Ханна уверяет, что Касп

даже не нравится ей, что...

— Избавьте меня от этих драм! – грубо прервал мужчина, даже не став слушать. —

Либо по существу, либо свободны.

— Хорошо. Один прогул, неважно, по какой причине — разве это настолько сильная

провинность, чтобы исключить студентку? Вы ведь сами привели ее, сами убедили всех

нас, что у нее талант, а теперь так легко прогоните?

Мужчина задумался, поднял голову и придирчиво посмотрел на нас. «Совсем как

малахит!» — подумалось мне, стоило взглянуть в его яркие зеленые глаза, и отчего-то

возникло знакомое чувство, что я уже это когда-то где-то говорила. Не на вечеринке ли?

Меня бросило в жар, но я постаралась взять себя в руки и вновь попыталась объясниться.

Не Эвину ведь все время за меня говорить.

— Профессор, я клянусь, что никогда больше не пропущу занятия! – решительно

выкрикнула, с трудом сдерживая бурлившие во мне эмоции. – И тогда… на том вечере, вы

заступились... Спасибо вам! Это многое значит для меня. Я слышала ваш разговор с

Франом. Это правда. Он был рядом… — слова путались, хотели выпрыгнуть одно за

другим, и я не могла толком высказать основную мысль. – Я даже не знаю этого Каспа, не

знаю, почему пошла…

Профессор приподнял руку, останавливая мой неразборчивый поток речи:

— Ханна Ридвин, все ваши объяснения выглядят, как лепет пятилетней девочки. Одно